Книга Дом кости и дождя, страница 66 – Габино Иглесиас

— Аминь, – сказал я, даже не думая о том, что говорю.

Снаружи донесся еще один крик, словно крик боли огромного рассерженного животного.

Я выглянул в окно.

По стеклу ударяли полотнища дождя, но на другой стороне улицы я увидел что-то. Фигуру. Что-то похожее на высокого мужчину, сотворенного из тени. Я подумал: уж не мой ли это отец. Может быть, его дух обречен на скитания, уловлен бесконечной чередой ураганов-убийц. Ветер, казалось, никак не влияет на его форму. Потом фигура превратилась в густой черный дым, в одну секунду сдутый Марией.

Я моргнул еще раз, но дымчатые тени за моими веками не исчезли.

Рядом со мной Бимбо с закрытыми глазами продолжал молиться. Какая-то моя часть испытала облегчение: он не сможет подтвердить то, что видел я. Другая моя часть все еще пребывала в недоумении: не схожу ли я с ума?

В какой-то момент Бимбо встал, включил фонарик на своем телефоне и ушел куда-то в глубины дома Кимбо. Я не пошел за ним. Темнота вокруг нас визжала завываниями ветра и звуком ломающихся веток на деревьях. Несколько мусорных бачков перекатывались по улице, ударяя припаркованные машины. В мои ноздри заползал запах разложения. Мы приходим в этот мир в грязи и уходим в грязи.

Я сидел в темноте и молился о том, чтобы ничего не случилось с моей матерью, или Наталией, или машиной Бимбо. И о том, чтобы оборванные силовые провода, которые лежат на земле, не были под напряжением.

Спустя какое-то время из темноты появился Бимбо без телефона. Он принес спортивную сумку, изрисованную крупными цветами, поставил ее на стол и сел.

— Что здесь? – спросил я.

— Оружие.

— Оружие этого чувака? – Грудь у меня затиснулась в горло, словно какой-то наполовину утонувший грызун пытался выбраться наружу через трещину над ним.

— Оружие, которое намеревался продать этот говнюк. Оно нам понадобится. Теперь оно наше, – сказал он.

* * *

Мария продолжала бушевать. В мои мысли непрестанно возвращались мать и Наталия. Все ли в порядке с Таво и Полом, спрашивал я себя все время. Мне хотелось, чтобы этот гребаный ураган уже закончился, чтобы я мог вернуться домой и разбираться с последствиями. Находясь в доме Кимбо, я ощущал себя приговоренным сидеть до конца дней в самой маленькой тюремной камере мира.

Я задал Бимбо вопрос, который мучил меня:

— Что будем делать с телом?

— Оставим здесь. Ты слышишь, что на улице творится? Несколько дней пройдет, прежде чем его найдут.

— Ты уверен?

— Слушай, мы тут будем в жопе еще несколько недель, если не месяцев. Ни электричества. Ни воды. Ни еды. Ни медицины. Они будут рассылать еду, аккумуляторы и бутилированную воду, а мы ничего из этого не получим, потому что в правительстве полно недоумков. Ну, ты и сам знаешь. Никто в течение некоторого времени не будет уделять внимание ничему, кроме себя самого. До поры до времени. Сотовая связь будет в жопе бог знает сколько времени. Все будет закрыто. Ураган разыгрался не на шутку, вполне могут ввести комендантский час, но эти вонючие свиньи будут из кожи вон лезть, чтоб не выходить на улицу, главное, чтобы их задница была цела.

Когда его найдут, он будет кишеть червями. Их будет больше волновать, как очистить дом и убраться отсюда поскорее, а вовсе не поиски убийцы. К тому же в полиции на него, наверно, материалов до хрена, так что копаться в этом говне никто и не будет. Ты когда-нибудь встречал в прессе сообщение о раскрытии полицией убийств, которые у нас случаются каждый день?