Книга Лисий переполох, страница 88 – Екатерина Боброва

— Идем со мной, я посмотрю, что с тобой. А если кто-то еще желает проявить милосердие, - она поднялась, обвела с вызовом скучковавшихся дам и улыбнулась благостно: - Буду рада вашей помощи.

Я с тревогой глядела, как каменеют лица властительниц, как темнеют от злости их глаза, а пальцы нервно сжимают веера. Такую наглость младшей госпоже Жэнь вряд ли простят… Нужно срочно спасать.

— Я помогу, - крикнула я излишне громко, отвлекая внимание на себя. - А ну-ка в очередь. Не толпитесь. Сейчас барышни-красавицы – не то, что я: старая и хромая – вас посмотрят и быстренько вылечат. Забудете о хворях.

Маски на лицах дам дрогнули. «Старая и хромая» им точно понравилось. Взгляды сделались одобрительными. Публичное унижение тут всегда приветствовалось.

— Конечно, мы не оставим детей без помощи, - приняла решение госпожа Жэнь, будучи, как жена градоправителя, главной в местном обществе.

— Женщинам тоже можно помочь, - в пику ей тут же заметила вторая дама.

— А если мы оставим без помощи стариков, боги могут прогневаться, - добавила третья.

Типичное змеиное гнездо. Зашипела одна – ей мгновенно возражают остальные.

Дальше я была занята разбиванием толпы на очередь, на сортировку: сначала дети, потом женщины, следом старики. Где-то и мужчинам удалось затесаться.

Затем помогала Шаоюй с раздачей лекарств, объясняла больным, как следовало их принимать – не зря училась эти дни.

Девочке с пневмонией подарила палочку с засахаренным боярышником – мы с Шаоюй подготовились, заранее попросив служанку накупить сладостей для детей и пополнить запас лекарств. После проведенного лечения малышка порозовела, дыхание сделалось спокойнее. Ну а лекарства довершат исцеление.

Я так была занята, что не заметила, как лисы затерялись. Зато обо мне вспомнил кое-кто другой.

— И почему там, где ты, всегда хаос? – вопрос щекоткой прошелся по спине, обвился вокруг шеи, сдавливая предупреждением.

— Господин Жэнь преувеличивает, - ответила я, не оборачиваясь. Неужели понял, что крыша не сама упала, а благодаря старанием молодого лиса? Все же мозгов у юноши маловато… А если бы, обвалившись, она прибила кого? Хотя, чем там прибивать? Соломой? Или бамбуком? Так он тоже не тяжелый. Но даже если Хайлин и догадался о нашей причастности, доказать он все равно ничего не сможет. А я еще не выжила из ума, чтобы признаваться.

— Три раза в день с теплым питьем, - напряженно улыбаясь, протянула бабушке пакетик с травами.

Моей руки коснулись старческие пальцы и вдруг с силой обхватили ладонь. Глаза старушки посветлели, их словно пеленой затянуло…

— Зло тебя ждет! – прозвучавший голос хрипотой напоминал карканье. - Багряный дракон, что жрет свое семя и хочет утопить солнце в крови. Но Лиса войдет в золотую клетку, и жемчужина, что спала в ее тени, пробудится, чтобы стать громом. Торопись! Пока тот, кто может спасти этот мир, еще жив.

Пальцы разжались, оставив синяки на моей коже. Старуха моргнула, глаза ее потемнели, она деловито убрала пакетик трав в карман рукава и, мелко кланяясь, удалилась, благодаря нас и Небо. А я осталась стоять, примороженная ее словами.

За моей спиной Хайлин хранил недоброе молчание. Черт! «Жемчужина в моей тени»! Тут и идиот бы догадался, что мы связаны. Внутри поселилось предчувствие скорых неприятностей. И как поступит Хайлин? Вызовет князя или сам к пыткам прибегнет?