Книга Лисий переполох, страница 57 – Екатерина Боброва

Мужчина подцепил мой подбородок, больно сдавил его пальцами, задирая голову и заставляя взглянуть ему в глаза.

— Признайтесь, кто вы, мой непослушный ночной дух?

Наклонился, обжигая дыханием. Его рука переместилась на затылок, не давая уклониться.

— Признайтесь сами. Если я узнаю, что вы служите моему врагу, лично удавлю, не глядя на ваше хорошенькое личико.

И рука с затылка переползла на шею, обхватила, сдавливая.

Лишившись опоры, я рухнула на кровать, Хайлин навис сверху, жадно ощупывая взглядом мое лицо.

Задыхаясь, я не понимала, чего хочу: чтобы он ушел или чтобы поцеловал. Его запах окутывал, заставляя сердце бешено биться в груди, лишая воли и рождая в теле волну пламени.

Я облизала пересохшие губы, и его взгляд зацепился за них, опасно потемнел, а в следующий миг мужчина легко поднялся с кровати. Шагнул к выходу. И уже от двери до меня донеслось:

— Надеюсь, вы меня не разочаруете, барышня Да Ли Я.

Я не собиралась разочаровывать Хайлина, а потому сидела у окна в ожидании выхода луны. Она заставила меня всерьез понервничать, до последнего прячась за облаками. Я не знала, что случится, если прервать ритуал. Подозреваю, ничего хорошего ни для меня, ни для пацана.

Ближе к полуночи, ее небесное величество изволила продемонстрировать свой бесподобный лик, и я пошла переодеваться в черное.

Мысли в голове путались от горячки, слабость притупляла осторожность. Хотелось быстрее все закончиться и отдохнуть. Так что к павильону я отправилась, особо не таясь. Усадьба была успокаивающе тиха, и я понадеялась, что уставшей с дороги охране хозяина не до усиленного патрулирования.

Прокралась до павильона, скользнула внутрь.

— Почему так долго?! – встретил меня оглушительным воплем призрак. – Я заждался весь. Ночь давно, а тебя все нет. Проспала, небось? – в голосе пацана послышалась досада.

— Ни с кем не разговаривала?

Покачала головой.

— Ни пол словечка? – продолжал допытываться он.

— Хайлин тебя подозревает, - «обрадовал» он меня. – Кто-то донес про пьянчужку. Запомнил тебя этот сын собаки, чтоб ему в вине захлебнуться. Не понимаю только, почему господин сразу на тебя подумал?

Пожала плечами. Какая разница?

— Ты не переживай. Как очнусь, я сразу отдам повеление тебя ни о чем не спрашивать. И разрешать посещать храм по ночам. Скажу, что ты обет отцу принесла.

Умно.

Я открыла шкатулку, выбрала крайнюю иглу, подошла к пацану, примерилась к лунному свету. Слабоват он сегодня, жиденькая нить получится, но что делать…

Распахнула рубашку – на груди больного, отражением моих точек, рисунком шли следы уколов – словно созвездия на небе.

— Коли давай, - нетерпеливо дернулся призрак.

Я поймала лунный свет в игольное ушко, занесла руку…

— Так-так, - раздалось ледяное за спиной, - вы все-таки решили разочаровать меня, барышня Да Ли Я. А я ведь не поверил, когда мне доложили, что кто-то творит колдовство в моем доме. Надеялся, это не вы. Но вы так хорошо притворялись, Ли Я.

— Нет, не останавливайся! – испуганно завопил призрак. – Я не выдержу этого больше. Не смогу, уйду насовсем. С рассветом.

Игла в моей руке задрожала, страх сковал слабостью, а жалость слезами обожгла глаза. Я прикусила губу, прокалывая иглой призрачное тело, потянулась ею к груди мальчика.

— Что творишь, безумная?!