Книга Под мраморным небом, страница 90 – Джон Шорс

Мой брат и его любовница стали о чем-то разговаривать. Я выскочила из комнаты. Ладли стояла буквально в трех шагах от меня. Увидев мое искаженное гневом лицо, она побледнела от страха.

— Убирайся! – потребовала я.

Я попыталась ударить ее, но Аурангзеб с легкостью перехватил мою руку и стиснул запястье. Я взвизгнула от боли.

— Не смей ее трогать, грешница, – прошипел он.

— Слышала, что он сказал, вонючая крыса? Предательница!

— Предательница? Это ты меня предала!

— Воровка!

— Ты...

Ладли плюнула мне под ноги:

— Скажи спасибо, что ты дочь императора, Джаханара, а то тебя высекли бы, как простую воровку. Вот было бы зрелище! Представляю, как бы ты извивалась, виляя своей изящной задницей!

— Зато я не потаскуха! – крикнула я, вновь пытаясь отвесить ей пощечину. Аурангзеб, ругая меня за сквернословие, втолкнул меня в мою комнату. Я ударилась голенями о низкий столик и повалилась на пол. Неожиданно меня охватило смятение. Ладли, играя свою роль, казалось, ненавидит меня по-настоящему. Разве могут лучшие подруги говорить друг другу такие гадости? Неужели с тех пор, как мы стали с ней притворяться врагами, я навсегда ее потеряла? Заливаясь слезами, я дала себе клятву, что непременно еще раз встречусь с ней тайком.

Из покоев Дары донеслись стоны. Мысли о Ладли тут же улетучились, мною овладела тревога за брата. Мне хотелось пробраться к нему в комнату, утешить его, открыть правду, но я понимала, что делать этого никак нельзя. Узнай он, что в его болезни повинна я, он сочтет себя униженным и перестанет доверять мне, хотя, по сути, я спасла ему жизнь.

Стараясь не обращать внимания на его крики, я металась по комнате, словно львица в клетке. Ходила и ходила, пока ступни не заболели, а ноги не стали каменными. Ночь, словно задавшись целью измучить меня, тянулась нестерпимо медленно. Наконец забрезжил рассвет. Я по-прежнему не спала, молясь за Дару и выпрашивая у Аллаха прощение.

Когда солнце достигло зенита – Аурангзеб к этому времени давно уже был в пути, – усталый врач вышел к нам и сообщил, что кризис миновал. Это было невероятно, но старик утверждал, что Дара поправится. И тут я потеряла самообладание и расплакалась вместе с женой Дары.

Дара, от которого по-прежнему пахло рвотой, улыбнулся, усмехаясь над нашей женской несдержанностью.

В своей жизни я совершила много ошибок, за которые дорого заплатила, но отравление Дары не было ошибкой. Мой дорогой брат быстро оправился от болезни, и мы все восхищались крепостью его организма. Врач сказал, что такая лихорадка часто приводит к смертельному исходу. А Дара встал на ноги в считаные дни. Я не ожидала, что старый лекарь проведет всю ночь у постели моего брата, и тайком дала ему в награду отрез тончайшего шелка и катушку золотых ниток.

Аурангзеб, как я и предсказывала, отправился на северо-запад искать неприятностей. Позже он доложил отцу, что персы устроили его небольшому отряду засаду, но думаю, все было как раз наоборот. На нашей границе Аурангзеб возвел пирамиду из голов персов, и отец опасался, что наши враги возобновят свои нападения. Воины же наши поздравляли Аурангзеба с победой.

Не прошло и трех недель, как наши оскорбленные южные соседи, деканцы, опять предприняли попытку расколоть Хиндустан на две части. Они и в прежние времена доставляли нам беспокойство, но большой угрозы не представляли. Увы, недавно в Биджапуре, городе, который мы считали своим, а деканцы причисляли к своим владениям, к власти пришел могучий султан. Он послал свои войска на север и приказал им совершать набеги на наши земли, что они и делали, сжигая наш урожай и угоняя наш скот. Отец приказал Аурангзебу взять под свое начало сорок тысяч опытных воинов и поставить на место деканцев.