Книга Под мраморным небом, страница 72 – Джон Шорс

Чем выше поднималось здание мавзолея, тем опаснее становились работы. Едва ли не каждую неделю на стройке происходили несчастные случаи со смертельным исходом. Гибель рабочих становилась тяжелым бременем для совести Исы, да и я сама чувствовала себя виноватой. Как ни странно, опасность мало кого пугала. Рабочие шли потоком сюда, так что нам с трудом удавалось найти всем применение. На строительство мавзолея приезжали мастера из далеких земель, и Иса допоздна с ними беседовал.

Иса хотел, чтобы весь мавзолей украшал сложный инкрустированный орнамент из полудрагоценных камней. Лучшие резчики по камню со всего Хиндустана показывали ему великолепные нефритовые цветы; каллиграфы привозили мраморные плиты, на которых ляпис-лазурью были выгравированы поэтические строки и цитаты из Корана.

Временами казалось, что мавзолей никогда не будет построен. И все же в то прохладное хмурое утро настроение у меня было приподнятое. Гонец сообщил мне, что император желает посмотреть, как продвигается строительство, и в скором времени прибудет; я с нетерпением ждала его приезда. Отец интересовался архитектурой, был знатоком этого искусства. Он часто помогал мне советами и обменивался идеями с Исой.

Я с гордостью смотрела, как отец молодцеватой походкой шагает через парк. Он был великодушным правителем, и рабочие чувствовали его доброту. На поклоны рабочих он отвечал не высокомерными кивками, а дружелюбно с ними здоровался. У отца была хорошая память на имена, и многих мастеров он удостаивал разговором, расспрашивая их о детях и женах. Он восхищался их достижениями и хвалил их за изобретательность. Вооруженные стражи отца, шедшие за ним следом, остановились, когда он приблизился ко мне.

— Доброе утро, дитя мое, – с улыбкой сказал он.

Я взяла его под руку, и мы пошли к платформе, обходя груды песчаника, штырей, веревок и бамбука. Жаркое время года подходило к концу, и земля была сухая. Пыль поднялась, когда мы проходили мимо затвердевших отпечатков слоновьих ног и куч навоза.

— Нам нужны дополнительные баржи, отец, – сказала я. – Людей в избытке, а камня мало.

Он кивнул, и я поняла, что эти вопросы будут решены. Отец очень боялся, что умрет прежде, чем будет построен мавзолей.

— Сады, – произнес он, показывая на четыре квадратных участка, – будут прекрасны. Река хорошо их питает?

Иса подвел к парку от реки подземные протоки, по которым вода всегда будет поступать в каналы и фонтаны.

— Лучше не бывает, – ответила я. – Только сильнейшая засуха сможет их погубить.

Мы подошли к центральной лестнице, ведущей на платформу, и по широким ступенькам поднялись на громадный каменный прямоугольник. Отец движением руки указал на недостроенные башни, высящиеся по углам:

— Как быстро растут минареты.

Минареты уже были наполовину построены. В законченном виде они будут чуть ниже главного купола. Как и все остальные сооружения комплекса, они еще не были облицованы белым мрамором. Бесценные мраморные плиты лежали за платформой. Они пойдут в ход только после того, как будет добавлен еще один слой песчаника.

Отец, несмотря на то что был в роскошном шелковом одеянии и не снял драгоценности, взобрался на леса, которыми было обнесено главное сооружение. Следом за ним и я по лестнице поднялась на бамбуковую решетчатую конструкцию. Деревянная галерея соединяла леса с мавзолеем. По ней мы перешли через лежащую внизу пропасть. Всюду на лесах стояли и сидели на корточках или на коленях покрытые пылью рабочие. Одни долбили, другие штукатурили, третьи отдавали распоряжения. На стройке трудились сотни рабочих.