Книга Счастливчик, страница 146 – Рене Леблан

— А это — моя жена Анна, — представил Мишель красивую, разодетую, как принцесса, брюнетку, вышедшую из кареты. — А вы Николетт, верно?

— Да, — с растерянной улыбкой ответила Николетт. — Проходите в дом, господа! Лайош, устраивай лошадей, ты ведь знаешь здесь всё!

Мадам Бланка встретила гостей на крыльце. Изумлённая не меньше, чем Николетт, она обняла и поцеловала сначала племянника, потом его жену.

— Милый мальчик, ты же вылитый мой братец Жакмен! Он именно таким был, когда уехал из дому тридцать лет назад. Ох, какая радость!

Урсула постелила на стол праздничную скатерть. Она, Николетт и служанка Жилонна бегали туда-сюда из трапезной в погреб и на кухню. Дети окружили приезжих, с восторгом глядя на их роскошную одежду. Дом наполнился весёлым шумом.

— Как там мой бедный брат? — спрашивала мадам Бланка. — Жив ли он, сохрани Боже?

— А почему же нет, тётушка? — с улыбкой отвечал Мишель. — Отец жив и здоров, и он далеко не бедный. Мы все очень хорошо живём. Я женился два месяца назад, и мы с Анной решили совершить путешествие во Францию. Анна тоже француженка по матери, но языка почти не знает.

Анна лучезарно улыбалась, показывая белейшие зубы. Потом взяла за руку маленькую Бланку и ласково привлекла её к себе.

— Какая милая крошка! Ваша? — спросила она, глядя на Николетт.

— Моя, — смущённо ответила та.

— Франция так красива! — продолжал Мишель. — Но слишком много разбойников. Трижды по пути мы отбивались от них. У меня отличные слуги!

— Да, разбойники сейчас повсюду! — согласилась мадам Бланка. И выждав, пока Николетт выйдет за дверь, спросила:

— А где же Себастьен? Не случилось ли с ним чего, упаси Господь?

Николетт замерла на месте. Сердце её заколотилось, лицо вспыхнуло.

— У Себастьена всё замечательно! — с искренней радостью ответил Мишель. — Когда мы уезжали, его жена была в третий раз на сносях. У них уже две дочки, теперь, по всем приметам будет мальчик. Они так мечтали о сыне.

Николетт прислонилась к стене. Слёзы хлынули из глаз, а на губах играла улыбка. Два чувства разом накрыли Николетт — печаль и радостное облегчение. Она не понимала, что с нею творится и стояла, не шевелясь, пока из трапезной не вышла Урсула.

— Ты как будто чувствовала, — сказала та, обняв Николетт за плечи. — Ну, не надо плакать. Видишь, у него всё хорошо. Он всегда был счастливчик.

Николетт молча кивнула и побежала в кухню. Вернулась она уже совершенно спокойная, даже весёлая.

— Сейчас подадут закуски, а кролик и баранина поспеют через час, — сказала она. — Наливайте пока вино!

— Погодите с обедом! — весело воскликнул Мишель. — Сначала подарки!

Он открыл сундук, который принесли его слуги из кареты, и стал доставать вещи, такие дорогие и роскошные, что все ахали хором. Первым делом Мишель подал мадам Бланке ларчик, набитый золотыми монетами.

— Это отец вам передал. Он сказал: «Ни родители, ни старшие братья не дали за Бланкой достойного приданого. Значит, я выполню семейный долг».

Мадам Бланка часто замигала глазами от подступивших слёз.

— Ах, любимый мой братец! Он всегда был такой добрый!

— А это вам, будущие рыцари! — сказал Мишель, вручая Роберу и Дени по маленькому мечу. — Мы не знали, сколько у вас детей, но были уверены, что пара мальчишек точно есть.