Онлайн книга «Ради любви и чести»
|
— А вы достойны? — Дразнила она меня. — Я тоже недостоин. — Я переплел наши ладони, наслаждаясь тем, как ее длинные пальцы удобно лежали в моих. Если бы только перчатка не мешала мне ощущать ее кожу. — Я просто пошутила, — тихо сказала она. — Вы хороший человек. Однажды вы станете прекрасным мужем для какой-нибудь счастливой леди. «Только не для нее», — подумал я со странной грустью. Я не хотел испытывать чувства к Сабине, потому что не женюсь на ней. Даже если бы она захотела этого брака, моя потребность в ее деньгах подвергла бы опасности наши отношения. Она всегда будет думать — не женился ли я на ней ради приданного. И я тоже. Правда заключалась в том, что я не смогу жениться на Сабине. Она никогда не сможет полностью доверять мне. И я не хотел провести остаток своей жизни в долгу перед ней. Я не хотел, чтобы она видела во мне слабого человека, который унизился ради ее богатства, чтобы спасти свою семью, а не использовал свою силу и ум, чтобы спасти Мейдстоун. Мы оба молчали, наши руки все еще были переплетены. Ни один из нас, казалось, не хотел разрывать эту связь. Единственным звуком было шуршание мыши где-то в темном углу кладовки. Наконец Сабина заговорила: — Даже если мы не поженимся, я все равно могу помочь вашей семье. — Я не приму ваших денег, — начал я. — Тогда позвольте мне купить некоторые произведения искусства. — Нет. — Я выпустил ее руку и поднялся с бочки. — Всего лишь несколько. — Нет. — Мой голос повысился. Я зашагал, каждый мускул напрягся при мысли о расставании с фамильными реликвиями, которые хранились у нас на протяжении многих поколений. — Я не могу продать их, зная, что люди не осознают им цену, и будут небрежно относиться к ним. — Я заплачу вам больше их стоимости. — Меня волнует не только стоимость. — Я разочарованно вздохнул. – Дело в том, что я думаю, что никто не сможет заботиться о них так, как моя семья. Сабина ничего не сказала, и я испугался, что обидел ее. Я повернулся к ней, чтобы извиниться, но прежде чем успел что-то сказать, услышал: — Вы правы. Слова замерли на языке. Она продолжала: — Как бы мне ни хотелось купить что-нибудь из этих вещей для своей коллекции, я вынуждена согласиться с вами. Они должны остаться здесь, в Мейдстоуне. Я не был уверен, что правильно расслышал ее слова. — Я видела, как сильно вы любите каждый предмет, и как много они значат для вашей семьи. Возможно, вам суждено сохранить редкие произведения искусства, чтобы будущие поколения тоже смогли оценить их по достоинству. Ее слова точно передали мои чувства. — Спасибо за понимание. — Напряжение спало. — Я могу понять вас, но это не значит, что мне нравится такое положение вещей или что я перестану приставать к вам с подобными просьбами. — Ее губы изогнулись в полуулыбке. — И не удивляйтесь, если я время от времени буду дуться или даже кидаться на землю, брыкаясь и крича в знак протеста. — Тогда как насчет того, чтобы посещать Мейдстоун всякий раз, когда вы почувствуете приступ гнева? — Возможно, я поселюсь на постоянное жительство в комнате искусств. — Я не стану этому препятствовать. — Мои слова прозвучали более игриво, чем я хотел. Ее ресницы упали на щеки, и я мысленно выругал себя. Я здесь не для того, чтобы соблазнять ее. Мне нужно вести себя с ней достойно. Я снова |