Книга Принцессы оазиса, страница 82 – Лора Бекитт

— Позвольте пригласить на танец самую прекрасную девушку в этом собрании! — раздался мужской голос, и Жаклин очнулась от своих мыслей.

Перед ней стоял отец. Ответив на его улыбку, Жаклин опустила ресницы. Он всегда хорошо ее понимал! И как приятно было танцевать именно с ним, а не чувствовать на себе чужой взгляд, не испытывать прикосновение незнакомых рук!

Фернан угадал настроение дочери. Жаклин смотрела в зал с ожиданием, недоумением и чуть заметной обидой. Она не должна была находиться здесь, ей вообще не полагалось знать, что где-то устраиваются приемы и балы, но из нее сделали то, что сделали, и возврата назад не было.

Полковник подумал о Симоне Корто. Пожалуй, он зря спугнул лейтенанта. Надо было дать ему шанс.

Через несколько дней после похорон шейха Сулеймана к Кульзум подошел Кабир. Его лицо было серым от страха.

— Идрис хочет прогнать меня из оазиса! Он задумал обречь меня на погибель! И все из-за этой девчонки!

— Откуда ты знаешь? — встревожилась девушка. — И может ли такое случиться? Разве наш отец позволит!

— Как только Идрис станет шейхом, у него будут развязаны руки. Он очернит меня на совете племени и потребует моего изгнания. Чтобы избежать позора, отец сам откажется от меня!

— Что же делать?

— Поговори с ним. Попроси за меня. Ведь ты его невеста!

Кульзум не знала, что сказать. Она вообще не была уверена в том, что Идрис на ней женится. Ведь со дня приезда он не сказал ей ни слова! Зато не однажды виделся с Анджум.

Правда, Кульзум знала, что эта девушка никогда не сможет стать женой Идриса. Никто не допустит такого, потому что как народ подчиняется шейху, так и шейх подчиняется народу. В оазисе жизнь любого человека, а особенно жизнь правителя, ограничена строгими законами родовой принадлежности.

И все же ей было очень жаль брата, потому она ответила:

— Я постараюсь тебе помочь.

Кульзум надела парадную рубашку с золотым шитьем по подолу и сандалии с красивым переплетом, нацепила на шею серебряный кулон в форме ромба с красными бисером в центре и прикрепила по обеим сторонам лица подвески из тонких сверкающих пластин.

Хотя нравы бедуинов нельзя было назвать свободными, на общение молодежи не существовало строгих запретов. Замужним женщинам не полагалась разговаривать с другими мужчинами, но на девушек такое правило не распространялось, тем более, если речь шла о женихе и невесте.

Кульзум подкараулила Идриса, когда он вел Джамила от колодца. Юноша сам ухаживал за своим конем — так делал и его отец. Арабские лошади были очень доверчивы, но они признавали только одного хозяина.

Кульзум не могла сказать, что любит Идриса, но, безусловно, такой вариант брака был самым выгодным. Мать молодого шейха умерла, значит, его первая жена сразу же станет главной в гареме, а после рождения сына ее будет окружать такой почет, какого не заслуживает ни одна женщина в оазисе.

Когда Идрис приблизился к ней, девушка постаралась сложить губы в улыбку.

— Я хочу с тобой поговорить, — произнесла она с легким поклоном.

Юноша молча смотрел на нее. Кульзум чувствовала, насколько она безразлична ему, видела, что он вовсе не хочет с ней разговаривать. Сердце девушки сжалось, но она пересилила себя и сказала:

— Я сочувствую твоему горю — ведь ты потерял отца!