Книга Странная месть, страница 279 – Константин Волошин

— Немного и далеко не всегда, мой супруг, – ответила Сара, вкладывая в ответ побольше теплоты.

— Ты бы берегла себя, Сара. Как бы чего не случилось. Уже почти три месяца, пора остепениться, а ты всё скачешь по усадьбе.

— Это мне нравится, Филипп, и не стоит так беспокоиться. Мне это на пользу. Безделье лишь ухудшит моё здоровье. Хочу поговорить со знахаркой и узнать, умеет ли она оказывать помощь роженицам. Ты не знаешь?

Филипп пожал плечами. Вид его говорил о недовольстве. И Саре стало немного тоскливо и неуютно в этом доме, где она вскоре может стать полновластной хозяйкой.

Сара уже заметила, что Филипп после каждой, даже незначительной размолвки потом до трёх дней был хмур, неразговорчив и не делал попыток к интиму. Вначале это раздражало её, сердило, но страх перед мужем заставлял её молчать.

Посоветоваться было не с кем, и она в одиночестве постепенно сама отдалялась, и вскоре, не прошло и пяти месяцев по приезде на асиенду, как её отношения стали приближаться к равнодушным. Сама она мало над этим задумывалась и лишь старалась все делать так, чтобы муж меньше замечал её охлаждение. Это ей удавалось довольно успешно.

Они посетили ещё одну асиенду, но Саре там не понравилось. Хозяева приняли её холодно, и Филипп сам заявил вечером:

— Больше мы к ним не поедем. Слишком надменные и, по-видимому, разузнали про наш брак и так холодно нас приняли. Тем лучше. Я всегда к ним относился с прохладцем. Как ты, Сарита?

— Полностью с тобой согласна, – с готовностью согласилась она, улыбнулась, поддерживая. – Они мне тоже не понравились. Нет в них простоты. Для сельской местности, я считаю, это слишком уж…

— Правильно. Да к тому же тебе уже нет надобности разъезжать по асиендам. Живот уже обозначился значительно. И на лице пошли пятна, хотя и малозаметные. Будем сидеть дома.

— Я беспокоюсь о нашем хозяйстве, дорогой. У нас плохо работают на полях, а скоро сбор урожая. Ещё надо позаботиться о доставке его в порт. А у меня уже силёнок маловато стало. А этот надсмотрщик Алмао постоянно увиливает, от самого трудного и главного. Я бы его уволила, да жена у него тоже скоро родит, как и я. Жалко всё же. И ещё два ребёнка у них.

— Если считаешь необходимым, то я его хоть завтра уволю, дорогая.

— Пока не надо. Я попробую с ним сама уладить дело. С его женой поговорю. Её Эстефания зовут, и она мулатка. Красивая необыкновенно. Она мне напоминает донью Ильду. Лишь осанка совсем не та.

— Что верно, то верно, Сара, – согласился Филипп. – Красивая и соблазнительная. Многие засматриваются на неё.

— Она была рабыней? – спросила Сара без особого интереса.

— Она родилась здесь, на асиенде, и вначале была рабыней. Потом этот Алмао взял её в жены, и мне пришлось её освободить. Неудобно как-то, что у белого человека жена рабыня. Он, правда, выплатил большую часть денег за неё.

А Сара подумала, что эта Эстефания даже красивее Ильды. Во всяком случае, приятнее, веселее и мягче. Хотя у Ильды всё это тоже можно заметить, но далеко не всегда.

На претензии Сары к её мужу Серапио Алмао жена того испуганно смотрела на хозяйку, собираясь с мыслями.

— Неужели, вы, сеньора, можете его уволить? А как же мы будем жить?

— Потому и говорю с тобой. Уговори его лучше работать и… и… мне неловко тебе говорить, Эстефания. – Сара никак не осмеливалась сказать главное. – Но я должна это сказать. Твой муж слишком нагло на меня смотрит. Если мой муж об этом дознается – то быть беде. Он не будет раздумывать, а просто вышвырнет его вон. Ты понимаешь, о чем я говорю. И мне это сильно досаждает.