Книга Ненужная жена дракона. Хозяйка снежной лечебницы, страница 29 – Виолетта Вейл

Хорошо.

Плохо, что пригодились.

Я проверила печь, велела подкинуть огня, распахнула сундук с чистым полотном и быстро перебрала, что можно пустить на перевязки, а что — только на подстилки. Ремни Тисса принесла сама. Старая кожа, жесткая, надежная.

— Не нравится мне это, — буркнула она.

— Мне тоже.

— Тогда чего не дрожишь?

Я на миг замерла.

Хороший вопрос.

Наверное, потому, что когда беда уже у порога, дрожь только мешает открыть дверь.

— Потом подрожу, — ответила я.

В коридоре послышался быстрый шаг.

Кайр.

Он вошел без стука, как всегда, не тратя времени на лишнее. На плечах снег, в глазах собранность, лицо чуть жестче обычного.

— Везут, — сказал он. — Мужчина лет тридцати. Ранение старое, но после дороги разошлось. Жар поднялся еще ночью. На заставе сдерживали как могли, дальше нельзя было.

— Насколько силен?

— Если войдет в полноценный срыв — троих унесет.

— Прекрасно.

Он коротко посмотрел на меня.

— Вы можете выйти. Здесь будет тяжело.

Я даже не сразу ответила.

Не потому, что колебалась.

Потому что слишком хорошо понимала смысл этой фразы. Не снисхождение. Забота. Самая обычная. Человеческая. Почти забытая для меня.

— Нет, — сказала я.

— Элина.

Мое имя прозвучало у него иначе, чем у Рейнара.

Без права.

Просто как имя.

Я подняла подбородок.

— Если он здесь умрет, это будет в моем доме. Если выживет — тоже. Я остаюсь.

Кайр смотрел секунду.

Потом коротко кивнул.

— Тогда без геройства. Делаем быстро и четко.

— Иначе я не умею.

Уголок его рта дрогнул.

В этот момент снаружи, со двора, донесся крик.

Потом хрип лошади.

Потом тяжелые, сбивчивые шаги и глухой удар о стену.

— Несут! — заорал кто-то в коридоре.

Я отступила к столу, освобождая место.

Дверь распахнулась.

В палату ввалились сразу четверо мужчин. На их плечах, почти вырываясь, висел еще один — высокий, широкоплечий, весь в снегу и крови. Плащ сполз, под ним темнела разодранная куртка, бок был насквозь пропитан кровью и чем-то бурым, уже засохшим. Лицо мужчины металось в лихорадке: резкие скулы, темная щетина, плотно сжатые зубы. И главное — глаза.

Зрачки уже начинали брать золотой обод.

Драконья кровь.

Слишком близко к срыву.

— На кровать! — приказал Кайр.

Его едва уложили.

Раненый тут же дернулся так, что двое мужчин чуть не полетели вместе с ним.

— Держи, скотина! — рявкнул один.

— Не бей его! — резко сказала я.

Мужчина так и замер с поднятым кулаком.

Я подошла ближе.

Жар шел от раненого почти ощутимой волной. Запах крови, пота и горячего, опасного пламени, которое всегда чувствуется рядом с сильной драконьей кровью, ударил в лицо.

— Имя? — спросила я.

— Дарек Вельн, — быстро ответил один из сопровождающих. — С заставы у ледяного тракта.

— Когда ранили?

— Дня три назад. Думали, затянулось. Потом ночью его трясти начало, рану раздуло, а к утру он уже никого не слышал.

Я разрезала остатки рубахи у бока.

Рана была глубокой, рваной, края воспалены, вокруг кожа багровая. Не просто разошлась — пошла гниль.

Плохо.

Очень плохо.

Дарек вдруг распахнул глаза.

Золотой отблеск в них вспыхнул сильнее.

Он дернулся ко мне так резко, что я едва успела отшатнуться. Кайр навалился ему на плечи, двое других прижали руки.

— Ремни! — бросил он.

Тисса уже была рядом.

Мы затягивали ремни быстро, жестко, без лишней жалости. Один на запястья, второй поперек груди, еще один ниже, чтобы не сорвал бедром деревянный борт. Дарек рычал сквозь зубы, хрипел, мотал головой, будто пытался сбросить не только нас, но и само тело.