Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 100 – Дия Семина

А стоило ли стараться?

Ведь началось-то всё не так благостно, как мечталось.

Пришло время жениться добру молодцу, дольше тянуть уж невозможно, и дела тому более не оправдание, разве только образ жизни подкачал. Ведь у него женского общения кот наплакал горючими слезами. Только сестра, да её навязчивая подруга.

По балам такие, как он, не гуляют, в ресторанах не засиживаются. Встретить ту самую, единственную нет возможности, как ни крути.

Сваха быстро подобрала кандидаток, устроила ненароком смотрины, и Анна приглянулась более всех, красота в ней редкая, жаркая. Женился скоропостижно, по своему обыкновению делать всё быстро и решительно, девица понравилась, надо брать, а не рассусоливать.

Папаша расхваливал, да обманул, ничего путного Анна из себя не представляла, даже слушать не хотела, жила у него как постоялица, на отдельном этаже с няней и всячески избегала общения.

А подарки принимала, как должное, с кратким: «Благодарствую, положите вон там!».

Последняя надежда растаяла после единственного объяснения, когда на его претензию заявила, что любит другого и ей всё одно, либо прозябать вот так замужем, либо в Фонтанку вниз головой. Потому что общество считает её третьесортной купчихой, а это позор, от которого не отмыться, хоть всё мыло изведи. Только из уважения к родителям, она ТЕРПИТ ненавистного мужа рядом. А уж спать в одной спальне…

Вот такой «пинок» в пах, ни больше, ни меньше.

Лютая ненависть от самой прекрасной женщины, какую он когда-либо видел в своей жизни.

Время ничего не изменило, сделалось только хуже, неделю назад, он сам основательно задумался о разводе. И даже ненароком начал подыскивать подходящие слова, чтобы как-то без скандала обсудить с Иваном Шелестовым невозможность продолжения совместной семейной жизни с его дочерью. Да и не семья — это вовсе.

Брак фактически не консумировали, но для общества они жили в одном доме, посему такое оправдание развода не признаётся.

Взять жену силой, не в его правилах, стерпится-слюбится, тоже не сработало.

Последний скандал доконал всех, даже няню. Всё вышло за грани не только приличия. Но и великого мужского терпения. И он в сердцах крикнул Анне вслед: «Я готов был на всё для тебя, вообще всё, но ты всё равно упорно выбираешь чёрт-те что!»

Анна вернулась и внезапно повзрослела, за доли секунд, словно ей небесная канцелярия мгновенно засчитала лет десять на счёт жизни, с болью посмотрела в лицо мужа и спокойно произнесла убийственные слова:

«Ты не понимаешь, это не выбор, я умереть готова, но только бы с ним… Ты просто не знаешь, что такое любовь…».

Через день снова скандал, и уже основательный по всем правилам с битой посудой, слезами и требованием вернуть свободу. Разводу быть!

С этого момента сожаления о разводе с Анной улетучились, развеялись как дурман, осталось только чувство облегчения, словно избавился от слишком проблемного актива.

Так думалось ровно до того момента, как жена очнулась после непонятного приступа и назвалась совершенно иным именем. Чудо, уносящее разум в запредельное состояние мистического постижения вселенной, о котором он по молодости начитался, да так и не познал. До того момента, когда впервые взглянул в глаза Алёны…

Однажды слышал, но в дружеской компании, что есть такие странные люди, какие вдруг начинают утверждать, что пришли из иного мира. А после их всегда ждёт обвинение в сумасшествии и долгое принудительное лечение.