Книга Развод в 50. Старая жена и наглый бывший, страница 100 – Анна Томченко

— Не нагнетай, пожалуйста. Ты прекрасно знаешь, Егор здоровый, как бык. Я больше, чем уверена, что через месяц он всех построит. И Андрей, и Вадим, ну и Архип до кучи, начнут выть оттого, что он вышел с больничного. Я тебе так и говорю, мам. Вот к гадалке не ходи, примерно это и будет.

Но, видимо, в чем-то я все равно ошибалась и по привычке считала Егора тем двадцатилетним непробиваемым парнем, которому море по колено и горы по плечу, потому что через месяц позвонил Андрей.

— Слушай, мам, ты заскочи, пожалуйста, ко мне как-нибудь в гости.

Я вскинула брови.

— Что случилось?

— Заскочи просто посмотреть на него. Скажи, пожалуйста, в чем заключается проблема.

— Я тебе что, медик? – Сразу ощетинилась я, хотя понимала, что Андрей в такой передряге, что отказать ему невозможно.

— Да нет, мам, дело не в том, что медик, а в том, что ты его знаешь, как облупленного. Врачи говорят, что в целом у него очень хорошие прогнозы. Только изменений ни он не видит, ни я. Заедь, пожалуйста. Без всякого подтекста. Просто посмотри на него.

Марина.

Что я могла сказать на это?

Я только тяжело вздохнула, и Андрей тут же пошёл на попятную.

— Нет, я понимаю, тебе всё это неприятно, но я же тебя не заставляю за ним ухаживать или что-то ему пытаться объяснить. Ты просто посмотри своим профессиональным взглядом жены и скажи, чего нам ожидать.

— Я подумаю, Андрюш. Я, скорее всего, заеду.

Я отдавала себе отчёт, что по-другому поступить не могу. Не с Андреем. Но оттягивала момент, как только могла.

В итоге дотянулась до того, что ко мне на работу снова приехал Архип.

Когда я только услышала его бас на ресепшене, тут же схватилась за голову. А когда он появился у меня в кабинете, я задала один единственный вопрос.

— Когда ты улетишь домой?

— Ну, пчёлка моя, как-то ты легко от всего решила избавиться. Я не улечу домой до тех пор, пока мой любимый братец не будет горной козой скакать.

— Может, ты хотел сказать козлом?

— Может быть, и козлом. – Архип пожал плечами и занял кресло напротив. Вытянул ноги, откинулся весь, чуть ли не растянулся полежать у меня в кабинете.

И тишина была такая давящая, что становилось понятно – разговор он принёс какой-то особо противный.

— Давай уж начинай. – Тяжело вздохнув, произнесла я и, встав, нажала кнопку на термопоте, чтобы налить кипятка в заварник.

— Да что начинать, Марин? Я тут продолжаю. В принципе, что могу сказать: Лялечка ваша сдриснула.

Я вскинула брови и уточнила:

— А чего это наша?

— Ну, с того, что вы к этой семье имели отношение. С того, что не будь Орховы вашими друзьями, ничего бы этого не было. Ну, в общем, Ляля сбежала. За Егором присматривать она не собиралась. За Назаром присматривать и подавно. Я уже даже смотался к её маменьке. Маменька там гипертоник, закатывает глаза. Кстати, понятно, откуда Ляля такая вот – ничего знать не знает. Назара увезли, сказали, что хорошим людям. У неё сил нет никаких воспитывать. Она как бы просила Лялю, чтобы она не бросала мальчика, но та сказала, что скоро замуж выйдет и Назар будет расти в полной семье. Сама, как понимаешь, замуж она не вышла.

Архип сложил пальцы домиком и посмотрел поверх них на меня, ожидая какой-то реакции.

Что я могла на это сказать?

Что матримониальные планы одной сударыни обломились инсультом? Или что?