Онлайн книга «Бесстрастный»
|
К сожалению, события последних недель проплывают перед мысленным взором во всей красе. Наивная девчонка, не знающая жизни, попыталась обыграть бесстрастного манипулятора. Предупреждения Карло. Смех Орсона. Манипуляции Доменико. Меня потряхивает от негодования и отчаяния. Доменико отвлеченно смотрит из окна машины, как будто ничего необычного не случилось. Я бы многое отдала, чтобы оставаться невозмутимой, однако эмоции, которые прятала весь вечер, предательски выползают на поверхность. Вот-вот вырвутся, не могу их остановить. К счастью, в машине перегородка как в такси. Закрываю ее и поворачиваюсь к Доменико. — Ты с самого начала знал, кто я такая, но дурачил мне голову. — Как, впрочем, и ты, – отвечает небрежно, не удостаивая меня взглядом. — Ты солгал своим людям. Они рискуют жизнью ради твоих интересов, но при этом ты им не доверяешь. Не поделился простым фактом, что малыш твой брат. Позволил им поздравлять тебя и дарить Рени подарки, как твоему сыну. Доменико поводит плечом. — Я не мог рисковать именно потому, что он мой брат и я обязан его защитить. Что-то гадкое и злое вырывается из меня наружу, эхо обвинений Вилема. — Защитить или, наоборот, отобрать у него наследство и к тому же использовать Рени для шантажа Вилема? Доменико не отвечает и не смотрит на меня, только сильнее сжимает зубы. Этими словами я отомстила ему за то, что он меня использовал. За то, что подставил так безжалостно. На самом деле я понимаю, почему он солгал своим людям. Неизвестно, как бы те поступили, узнав, что малыш сын Вилема. Кто-то из ненавидящих захотел бы причинить ребенку вред, другие решили бы выслужиться перед Вилемом и сообщить ему. Доменико прав, доверять нельзя никому. — Ты хотел защитить Рени? А как насчет очередной психологической травмы малышу от того, что все это время мы называли его чужим именем? — Я не называл его чужим именем. Если задуматься, так и есть. Он никогда не называл малыша по имени, потому что вообще к нему не обращался. — Но остальные называли, особенно я. Ты мог бы хоть мне сказать правду, чтобы наедине я называла его Рени. Доменико бросает на меня многозначительный взгляд, намекая, что уж мне он точно не доверяет. — Забавно! – усмехаюсь с нотой горечи. – Значит, как выставлять меня перед властями синдиката, чтобы обеспечить твое будущее, так ты мне доверяешь. А с именем твоего брата – нет? — Не путай доверие с расчетом, Ада. Я никогда не ошибаюсь в расчетах, не ошибся и в этот раз. Ты повела себя именно так, как я задумал. И все это холодным, бесстрастным голосом. Так бы и вцепилась ему в глотку! — А насчет Рени не волнуйся, – продолжает холодно. – Ты постоянно сюсюкаешься с ним на птичьем языке, и «Нико» наверняка затерялось среди прочих бессмысленных звуков. Что?! Ярость зашкаливает во мне, ударяет в голову и взрывается фейерверком. Единственное, что помогает мне сдержаться, – это осознание, что Доменико нарочно меня провоцирует. Если взорвусь, сыграю ему на руку. Подавив ярость, равнодушно хмыкаю. — Если я тебя не устраиваю, найди другую няню. Доменико приподнимает бровь. — Ты не няня. — Ты прав. Теперь я не няня, а соучастница твоих преступлений. — Ты моя жена. Опять же, никаких интонаций в голосе. Бесчувственный кусок… Из последних сил собираю волю в кулак и выдавливаю из себя улыбку. |