Книга Жнец и ведьма. Том 1, страница 32 – Виктория Рогозина

Они остановились лишь через несколько метров. Варвара оказалась сверху, ладони упёрты в грудь Матвея, дыхание сбилось, глаза сверкали.

— С ума сошёл⁈ — прошипела она, волосы растрепались, губы дрожали от злости.

Матвей, лёжа под ней, усмехнулся.

— Фора закончилась.

Варвара молниеносно среагировала — её кулак со свистом полетел в челюсть Могилова. Но он, как будто ждал этого, лениво перехватил её запястье, даже не моргнув. Одним резким движением, жнец поднял их на ноги.

— Быстро, — усмехнулся он, — но грубовато.

Варвара резко сместила вес, скользнула телом вниз и сделала подножку, рассчитывая свалить его, как обычного человека. Но Матвей вывернулся кульбитом, легко, точно танцуя. Когда он поднялся, в его руке уже клубился чёрный вихрь, в котором трещали молнии — холодные, злобные, как сама смерть. Воздух вокруг начал искриться и шипеть.

Варвара тяжело дышала, отступая назад. Её ладони вспыхнули алым, пульсирующим пламенем, ярким и живым.

— Ну давай, рыцарь, — процедила она сквозь зубы.

Они рванули друг на друга, как пули. Каждый удар отдавался вспышками, толчками, гулким звоном в костях. Молнии свистели в воздухе, огонь пел, обжигая ночной ветер. Варвара ударяла с яростью, с отчаянием, с сердцем. Могилов — с точностью, силой и расчетом. Он почти любовался её боем. Почти.

Исход долго оставался неясным. Но в какой-то миг Матвей ушёл в сторону, просчитав её движение, сделал резкую подсечку, и Варвара потеряла равновесие. Прежде чем она успела сгруппироваться, он схватил её и с силой приложил о холодный асфальт. Раздался глухой удар.

Пламя в её ладонях погасло. Варвара обмякла, потеряв сознание. Матвей остался стоять над ней, дыша чуть чаще обычного. Затем опустился на одно колено рядом.

— Упрямая, — пробормотал он, глядя на её лицо, затенённое рыжими прядями. — И сильная… Тебе бы время. Но его больше нет.

Он уже поднял руку, пальцы чуть согнулись, готовые совершить последнее движение. Но тут раздался звонок. Смартфон завибрировал в кармане. Матвей недовольно сощурился — на экране высветилось «Сухов».

Щелчок — он ответил.

— Говори.

— Жива? — раздался в трубке голос Ивана, хриплый, напряжённый.

Матвей посмотрел на бесчувственную Варвару и лениво хмыкнул:

— Уже одной ногой в могиле.

— Жива? — повторил Сухов, на этот раз чуть громче, и в голосе прозвучало то, что Матвей с трудом припоминал за всё время их работы — паника.

Могилов прищурился, встал, огляделся и спокойно ответил:

— Допустим.

— Нужна живая, понял? — резко сказал Иван. — Пока не трогай. Спрячь у себя. Жди моих указаний.

Матвей молчал пару секунд, потом коротко кивнул, хоть Сухов этого и не видел.

— Принято.

Он убрал смартфон обратно в карман. Секунду постоял, глядя на лежащую Варвару. Всё в ней казалось сейчас неправдоподобно хрупким — и длинные пальцы, с которых слезла копоть пламени, и губы, пересохшие, и разбросанные по лицу пряди рыжих, почти красных волос.

Могилов присел, провёл пальцами по её горлу, ища пульс.

— Чёрт… — пробормотал он. Биение было, но слабое, еле заметное. Она горела изнутри, и от этой схватки, и от всех последних дней.

Не колеблясь больше, Матвей аккуратно поднял Варвару на руки. Её тело было тёплым, слишком лёгким. Он шагнул вперёд, и перед ним в воздухе, словно раздвинутое время, открылся вертикальный портал — чёрный, трепещущий, с фиолетовыми отблесками на краях.