Книга Великая тушинская зга, страница 75 – Иван Охлобыстин

— Чего, детки, надо? — поинтересовался.

— Портвейну вам, Пётр Лукич, принесли, — продемонстрировала грелку с алкоголем Хольда и хитро сообщила: — У одного нашего товарища отобрали по идеологическим причинам, напиться хотел на танцах. А выливать жалко.

— Зачем же такие крайности?! — возмутился великан и взял грелку, аккуратно отвернул крышку и сделал крупный глоток.

Тут дверь за его спиной распахнулась, и на улицу вышел высокий мужчина в монашеском одеянии.

— В лес пошёл, — хмуро сообщил он всем и зашагал действительно в сторону Химкинского леса.

— Это кто? — не сдержали интереса дети.

— Знакомый один, — неохотно поделился с ними Лукич. — Ему иногда отлучки дают, и он в этот лес ходит.

— Да, я слышал, у них там строго, — сказал Борька.

Старик не успел ответить, потому что дверь вновь распахнулась и из душного полумрака вышла статная брюнетка в деловом костюме.

— Buenas noches! — кивнула она Петру Лукичу.

— И тебе не болеть! Дондаэстахо? — поинтересовался тот и лукаво подмигнул. — Отра вэ апластар а ло либертинос?

— Por desgracia, pero lo confieso, me gusta mucho! — хохотнула красавица и зацокала каблучками прочь, в сторону Комсомолки.

— А это кто? — ещё больше удивились дети.

— Много будете знать, быстро состаритесь! — отказался отвечать Лукич. — Некогда мне, детки, сейчас. Топка в самом разгаре. Идите с Богом!

— Ну ладно! — за всех ответила комсорг, и дети пошли прочь.

— Роза, это из ваших? — спросил на ходу у подружки Серёжа.

— Нет, она по-испански говорит, — ответила та и сообщила: — Всем покеда, я домой пошла. Сегодня моя очередь деду Яше ногти стричь.

— Фу ты! — скривилась Ксюха.

— Фу ты не фу ты, а человек он больной, — отмахнулась цыганка и покинула их.

Некоторое время ребята шли молча, пока первым не заговорил Борька:

— Может, это испанка, которая удавилась? Есть такая легенда. Типа от неё мужик гулял, и она удавилась.

— Откуда здесь испанцы? — тоже заинтересовалась их разговором Репина.

— Были! — заверила Хольда. — В двадцатые годы. На заводе работали. Они от фашистского режима Франко бежали. Подожди?! Ты хочешь сказать, что Лукич с того света людей проводит через свою котельную?

— Дедукция! — встал на сторону Борьки Серёжа. — Читала про Шерлока Холмса?

— Читала, — согласилась Хольда. — Да, Пётр Лукич — очень неоднозначная личность. Это секрет, но вам, как рыцарям Ордена Красной Звезды, скажу: Лукич — крёстный моего папы, у папы есть фото, и на нём Лукич уже старый. Как сейчас.

— И?! — не поняла Репина.

— Чего «и»?! — вспылила комсорг. — Всё! Хватит этой религиозной ерунды, пошли уже космический корабль посмотрим! Стемнело достаточно.

— Ага! — дружно согласились ребята и направились в ту сторону, куда пошла испанка.

Миновав бесконечную череду гаражей, растворённых сумерками в один тёмный массив, друзья добрались до узкой улицы, пересекающей узкоколейку, соединяющую части территории огромного завода по производству бетонных плит. Сразу зайти на Комсомолку не удалось, по улице двигался грузовик, груженный длинными трубами. А когда они наконец вошли, то сразу наткнулись на хулигана Славку, бредущего им навстречу.

— Что, малышня? — усмехнулся он. — Куда намылились опять? — И тут увидел Серёжу: — И ты здесь, гадёныш?!

— Не надо на наших так обзываться, — попросила Ксюша.