Книга Когда снега накроют Лимпопо, страница 46 – Евгения Райнеш

— Почему?

— У нас все в информационную систему забито. Доступ к ней имел исключительно Митрич. Меня или Наташу пускал исключительно по запросу. Мне программисты до сих пор полный допуск не дали. Ждут нового ветеринара. Вот, могу только новых животных регистрировать. И вообще, поверь, я как никто другой знал Тора. Ну, может, кроме, Митрича. Ничего ты в той карточке не найдешь.

— А есть там что-то о его, так сказать, младенческих годах? Откуда он в зверинец Оленева попал, ты знаешь?

Кипер покачал головой:

— Там все только на момент его прибытия в «Лимпопо». Он уже довольно взрослым по львиным меркам к нам поступил. Года три, наверное, или четыре.

— Это много?

— Достаточно. В среднем львы живут 15 лет. К пяти годам достигают половой зрелости.

— Так Тор уже совсем старый, если в «Лимпопо» десять лет живет?

Макс кивнул:

— Не десять, а восемь, но картину это принципиально не меняет. В общем, если у Митрича что-то сохранилось, то явно не в базе данных нашего зоопарка.

— И вообще концов не найти?

— Может, и найти, — пожал плечами кипер. — Но мне-то зачем? Прости, больше подсказать не могу.

— Слушай, Макс, — я все-таки решился спросить. — А ты сам ничего странного за Тором не замечал?

Вдруг вспомнился разговор двух девочек у детской площадки. Конечно, это ребячьи страшилки, но все-таки…

— С чего бы? — он отвел глаза, и я понял, что все не так просто.

Макс внезапно разозлился:

— Слушай, Захар, а тебе не кажется, что ты ведешь себя как следователь из прокуратуры? Выспрашиваешь какие-то странные вещи. Меня полиция так не опрашивала, как ты. Ее личность Тора не интересовала.

— А что интересовало?

— Да иди ты… Не оставил ли я клетку открытой — вот что интересовало.

— А ты оставил?

— У меня был выходной, — ответил Макс, — а Славик, второй кипер хищников, говорит, что ушел по окончании смены, тут еще куча народа тусовалась. Все видели, что клетка была закрыта. Покормил хищников на ночь и ушел. И никому из киперов не было нужды к Тору заходить. Вот что я и Славик сказали полиции. Все? А теперь — отвяжись. И без твоих расспросов тошно.

Но я не собирался так просто взять и отвязаться. Характер у Макса был нордический. Все равно успокоится и расскажет.

— Наверное, они и съемки с видеокамер забрали… — задумчиво протянул я.

— Забрали, — уже спокойно подтвердил Макс. — Сразу же и забрали.

В этом можно было не сомневаться.

— Ладно, — сказал я. — Отвязываюсь…

И пошел к выходу, когда в спину прилетело робкое и еле слышное «знаешь».

— Знаешь, — Макс вдруг заговорил как-то совсем тихо. — И в самом деле… Он, Тор, иногда казался мне… Как бы человеком в звериной шкуре что ли. Не всегда, но временами. Ко всем зверям у меня отношение, как к животным, а вот Тор и в самом деле был какой-то особенный. Взгляд у него… осмысленный. А еще…

Кипер доверчиво наклонился ко мне:

— Он, Тор… Словно мысли читает.

— Как так?

Его слова и в самом деле оказались довольно неожиданными.

— Ну, я подумаю, например, «хорошо бы, чтобы Тор отошел от сетки», а он берет и отходит. Может, случайно совпадало, но слишком часто для случайности.

— Наверное, случайно, — я был несколько разочарован.

Единственно важное, что я вынес из этой встречи — нужно обратиться в программерам, чтобы дали мне доступ к ветеринарной базе. Хоть Макс и сказал, что там нет ничего интересного, а вдруг найду? Я уже погрузился в размышления, что им наврать. Тут фокус с разделом на сайте не пройдет.