Книга Когда снега накроют Лимпопо, страница 48 – Евгения Райнеш

Можно было говорить негромко, и все равно ни голоса других посетителей, ни музыка не мешали собеседнику слышать каждое слово.

— И никогда — вечером.

— Вы, наверное, жили в отеле, — предположил Гордеев. Или уже навел обо мне справки. — Обедали в кафе.

— Да, когда только приехал в Яругу, — кивнул я. — Дня три, пока заселялся в квартиру. Обедал здесь. В «Лаки» хорошая кухня.

Еле сдержался, чтобы не начать подробно докладывать о моих первых днях в этом городе. Я не часто сталкивался с врачами (вернее, несколько раз, и все они приходились на школьные или студенческие медосмотры), и, возможно, это их профессиональное свойство: вызывать желание исповедоваться в поисках сочувствия. Гордеев был не намного меня старше — может, года на три или на пять. Но этот щетинистый аккуратный ежик на его голове и какая-то всеобъемлющая ответственность в глазах словно создавали между нами временную пропасть. «Столетия», — почему-то подумал я.

И улыбнулся своим мыслям: нафантазировал нового знакомого в виде мифического дракона. Это развеселило меня, прогоняя нечаянную вселенскую тоску.

— А вы, как я погляжу, часто здесь бываете, — сказал я просто от того, что поднялось настроение.

Симпатичная девушка, постоянно сдувающая длинную черную челку с глаз, принесла две запотевшие пузатые кружки с пивом. Жизнь неожиданно начала налаживаться, неприятная поездка с Гаевским размывалась в памяти.

— Приходится, — пожал плечами Гордеев. — Потому что это мой отель.

Я уставился на собеседника с таким изумлением, словно он и в самом деле превратился в огнедышащего дракона. Чахнущего над горой злата.

— Честно говоря, никогда не слышал, чтобы владельцы отелей работали на станции скорой помощи. Или — наоборот — врачи скорой помощи содержали хоть и небольшой, но отель, а при нем бар и кафе. Или… Что-то еще? Хобби такое — спасать людей?

Я всегда от растерянности брякаю всякую фигню, которую никогда и под страхом смерти не произнес в стабильном состоянии. Разве можно у клиента спрашивать настолько личные вещи? А с другой стороны… Он что, собирается вбухать в сайт собственные средства? Это было бы странно.

— Не мучайтесь, выдумывая оправдание своему замешательству. Я и сам первое время был в шоке. Несколько лет назад неожиданно получил его в наследство. Правда, тогда «Лаки» представлял собой заброшенный диско-бар. Но предыдущая хозяйка мечтала сделать из него отель, даже начала переделку. Мне показалось справедливым осуществить ее мечту. Вбухал в ремонт все сбережения, залез в кредиты. Жена была очень недовольна.

Он улыбнулся и развел руками. Почему-то взгляд у Гордеева, когда он говорил про «Лаки», становился виноватым.

— Вам оставила бар бабушка? — опять влез с непозволительно личным вопросом я и, торопясь, пояснил. — Спрашиваю потому, что свое недвижимое имущество я тоже получил в наследство.

Гордеев покачал головой:

— Нет, одноклассница. Только она управляла отелем всего несколько дней. А потом… Погибла.

— Сочувствую, — сказал я, все еще недоумевая.

— Это было давно, — махнул рукой Гордеев. — Первый раз она погибла сразу, как только мы окончили школу.

От неожиданности я расплескал пиво на красиво лакированную поверхность стола. Наверное, он просто оговорился. Хотя как можно было даже случайно сказать: «первый раз она погибла»?