Книга Барышня из забытой оранжереи, страница 97 – Лилия Орланд

— Ты ждала кого-то другого? – поинтересовалась она светским тоном, заставив меня покраснеть.

— Нет, не ждала, – я решила всё отрицать. – Но мало ли кто может бродить ночью по коридорам.

Тётушка усмехнулась шпильке.

— Ты повзрослела, моя девочка. Я горжусь тобой.

Госпожа Берри прошла в комнату, оставив меня у двери, замершую от нежданного комплимента. Что она хотела сказать?

Оглядевшись, Азалия опустилась на стул, через спинку которого было неряшливо перекинуто платье. Я уже приготовилась услышать о том, что порядок в комнате отражает порядок в душе. Но тётушка увидела тетрадь, оставленную на столе, и застыла.

— Читаешь записи Валентина…

Это был не вопрос. Отвечать было не нужно. Однако я слегка напряглась, увидев, как Азалия нежно провела пальцами по обложке, судорожно вздохнула. И тут же встряхнулась. Обернулась ко мне и сложила ладони на коленях.

— Я пришла к тебе не плакать и тем более не собираюсь отбирать Валины вещи. Не переживай.

Кажется, на моём лице как обычно было всё написано. В том числе и страх, что она решит забрать тетрадь. А без советов создателя оранжерей я могу не справиться. Я уже приготовилась уговаривать тётушку, подождать хотя бы до первых плодов. И тут до меня дошли её слова.

— Что?

— Садись, – велела госпожа Берри непререкаемым тоном.

Я послушно опустилась на кровать, гадая, что она хочет сказать такое, для чего пришлось прийти в мою спальню практически ночью.

— Я выхожу замуж за Анри.

Мне казалось, что я готова ко всему. Однако эти слова оглушили.

— Замуж? – только и сумела повторить я.

В голове проносилось – а как же любовь к Валентину? Как же азалия, которая только начала зеленеть? Как же усадьба, оранжереи, я, в конце концов?!

— Подожди! – тётушка остановила меня властным жестом. – Сначала выслушай, потом – вопросы. Договорились?

— Договорились, – я кивнула.

Однако изнутри поднималась нервозность, которую было невозможно заглушить доводами разума. Внутренний голос твердил, что появление мужчины не несёт ничего хорошего в нашу устаканившуюся жизнь.

Если появление Марка так замутило воду, подняв ил со дна, что уж говорить о новом муже Азалии.

— Ксения! Сначала выслушай меня, – госпожа Берри неплохо меня изучила. И то, что я склонна излишне переживать, она знала.

— Хорошо, тётушка, – я тоже сложила ладони и стиснула их коленями.

— Мы поженимся в следующее воскресенье, а потом уедем. Мы решили, что лучшим свадебным путешествием для нас станет кругосветный круиз. А когда вернёмся, скорее всего, будем жить в моём городском доме, – она вздохнула и поделилась: – Анри хочет, чтобы мы жили в его квартирке, но она малюсенькая. Там всего одна спальня. И Графу будет тесно, он привык к простору и свежему воздуху.

— Тогда вам стоит жить здесь, в усадьбе, – сипло произнесла я, потому что голос сел. Ну вот, оно и началось.

— Усадьбу и этот дом я оставляю тебе. А также мою часть оранжерей.

Я уже погрузилась в мрачные мысли, поэтому слова Азалии дошли до моего мозга с опозданием. И даже когда дошли, я не сумела их осмыслить.

— Что?

— Я оставляю тебе дом, усадьбу и мою половину оранжерей, – повторила она медленнее, чтобы на этот раз до меня дошло наверняка.

— Но почему? – я всё равно не могла понять. – У вас же есть племянник. Зачем оставлять всё это мне?