Книга Помощница антиквара, страница 65 – Амари Санд

Он бережно поправил завернувшийся воротничок моего домашнего платья. От этого угрожающего и слишком интимного жеста у меня по спине пробежали ледяные мурашки. Мои попытки сопротивляться явно забавляли Клеймора, подогревая интерес к столь неприступной добыче.

— Завтра в полдень заеду за тобой, — произнес он, игнорируя мои слова. — Прогуляемся по Летнему саду, подышим воздухом и обсудим твои первые успехи в переводе этой чудесной книги. Не вздумай опаздывать или сказываться больной — я очень не люблю, когда мои приглашения игнорируют. Надеюсь, ты порадуешь меня переводом первой главы?

— Что? Какая прогулка? Я не давала согласия! — выкрикнула Клеймору в спину, но дверь уже закрылась за ним.

Савелий Кузьмич выглянул в окно, провожая взглядом карету гостя. В его сутулой фигуре сквозило такое тяжелое раздумье, что стало по-настоящему страшно. Дядя обернулся ко мне, задержав взгляд на сапфирах в моих ушах.

— Влипла ты, девка, — Туров покачал головой. — По самые уши влипла.

Я промолчала и без него понимая, что это так. Приблизившись к прилавку, я снова коснулась обложки проклятой книги. У меня в запасе чуть меньше суток, чтобы расшифровать мертвый язык и найти в нем лазейку, которая спасет мою жизнь.

Ермаков только обрадуется, что Клеймор выдал мне новое задание и вряд ли будет возражать против назначенного свидания.

Как же, это еще один шанс выяснить правду о таинственном покровителе Клеймора. А что при этом будет со мной при этом никого не волновало.

Решительно завернув книгу в старую кожу, забрала ее и направилась в подсобку. Дяде ни к чему видеть, каким образом я активирую эхомагию. Дожидаться, пока он уйдет к себе, слишком расточительно. Я должна знать, с чем имею дело.

Сняв колечко с мизинца, я открыла первую страницу. Символы, похожие на когти тигра, начали медленно перестраиваться, складываясь в слова, которые никто не произносил уже сотни лет.

Прежде чем погрузиться в чтение, я сняла серьги и сжала их в ладонях, считывая, какое намерение стояло за столь щедрым подарком. В глубине магических камней таился не только маячок, отслеживающий мои перемещения, но и сложное плетение защиты, способной отразить магическую пулю или кинжал.

— Ты хочешь заполучить меня, Филипп? — прошептала я, чувствуя, как внутри закипает протест, и швырнула подарок в дальний угол ящика стола. — Я не буду твоей ручной куклой. Ни твоей, ни чьей-либо еще.

Вернувшись к книге, я почувствовала, как ментальная перегрузка сдавливает виски железным обручем. Каждая буква на мертвом языке требовала колоссального сосредоточения, вытягивая силы быстрее, чем они успевали восстановиться.

Мне приходилось делать передышки, надевая кольцо и отвлекаясь на реставрацию фарфора. Но в голове постоянно крутились обрывки фраз, обжигая сознание мертвенным холодом и запахом застарелой крови, которой пропитались страницы.

Вторая попытка прочесть текст обернулась ярким воспоминанием, которое сохранила обложка. Я увидела богато обставленный кабинет, залитый тусклым светом магических светильников, и могучую фигуру, скрывающуюся в тени массивного кресла. Аура человека размывалась за золотой дымкой, как и в воспоминаниях Клеймора, только на этот раз с покровителем контактировал не бандит, а граф Георг Витте собственной персоной.