Книга Четвертая жена проклятого барона, страница 65 – Амари Санд

Сердце пропустило удар. Казну? Ридгар говорил о предательстве, но я думала об измене. А здесь речь шла о воровстве.

— Да как же девка могла сундук утащить? — усомнилась я.

— Так не одна была! С хахалем городским! — зашептала торговка, наклоняясь ко мне через прилавок. Меня обдало запахом соленой рыбой и чеснока. — Накануне свадьбы все случилось. Барон тогда еще молодой был, горячий. Отец его в тот день в шахте погиб, аккурат, когда завал случился. Вот под шумок Мариса и того… Ищи ветра в поле.

— И что, так и сбежала? Ее не искали?

— Искали, вестимо. Ридгар, говорят, сам все дороги перерыл. Только нашли на перевале вещи ее и записку. Мол, не ищи, люблю другого, и золотишко твое нам на новую жизнь пригодится. С тех пор он и ожесточился. А колечко то, с первым алмазом, что он ей подарил, теперь сам носит. В назидание, значит.

Записка. Вещи на перевале. И пропавшее золото.

Пазл в моей голове начал складываться, но картинка выходила уродливая, залитая кровью. Если Мариса сбежала с золотом, почему Ридгар до сих пор зовет ее в бреду с такой болью? И почему мне кажется, что служанка не могла провернуть такую кражу в одиночку в день гибели старого барона?

— А где они встречались? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

— Так в Старой Башне, что над обрывом. Там раньше дозор стоял, а потом забросили. Ридгар ее заколотить велел. Говорят, призраки там воют по ночам.

— Спасибо, — я бросила монету на мокрый от рыбьей слизи прилавок и поспешила прочь.

Голова шла кругом. Свечи с дурманом. Печать, готовая взорваться. История о сбежавшей невесте, которая украла состояние, но оставила после себя тень, способную убивать даже спустя годы.

Я нашла Лотти у лотка с пряностями. Девушка выглядела испуганной.

— Миледи, нам пора возвращаться…

— Да, едем скорее, — я схватила ее за руку, увлекая к карете. — Домой.

Домой. Смешно. Я называла домом каменный мешок, где меня пытались убить. Но теперь у меня появилось оружие — информация. Я выяснила, чем травили жен. И я понимала, что история с проклятием — ширма для чего-то более материального и грязного.

Всю обратную дорогу я молчала, прокручивая в голове услышанное. Ридгар считает, что Мариса предала его из-за денег. Это объясняет его цинизм, его отношение к женщинам как к продажным существам.

Но если она не сбегала? Если записку подделали? Куда делось золото? И куда делась сама Мариса?

Карета въехала в ворота замка, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая башни в кроваво-красный цвет. Ридгар еще не вернулся. Значит, у меня есть в запасе немного времени. Я подняла голову, глядя на темные окна верхних этажей, где пряталась Агнетта.

Игра закончилась, «мама». Наступило время войны. И я не собиралась быть в ней жертвой. Охотиться я планировала сама.

Шагнув под своды замка, я ощутила, как внутри меня поднимается холодная, злая сила. Больше никакого страха. Только расчет. И ярость. Ярость женщины, которая поняла, что ее водили за нос.

Берт. Мне нужен Берт. И я заставлю его говорить, чего бы мне это ни стоило.

— Лотти, — я резко остановилась посреди холла, заставив служанку чуть не врезаться мне в спину. — Где сейчас старый камердинер?

Девушка испуганно захлопала ресницами, прижимая к груди сверток с купленными лентами.