Книга Последний якудза. Закулисье японской мафии, страница 159 – Джейк Адельштейн

Ябэ еще спал, хотя было четыре часа дня. Они вытащили его из постели, забрали «Кадиллак» и затолкали его в багажник.

Добравшись до офиса, они повели Ябэ наверх, в кабинет Сайго. Его заставили сидеть в позе сэйдза во время допроса. Сайго снова и снова спрашивал его, принимает ли он метамфетамин, и Ябэ все отрицал. Маруяма ударил его по лицу.

Сайго подумал, что для начала он должен заставить наркомана признать, что у него есть проблема. Если он не признается, Сайго будет бить его до тех пор, пока тот не захочет признаваться. Люди Сайго прижали Ябэ к земле и закатали ему рукава. У него были следы от уколов.

Он поставил Ябэ ультиматум: отказ от наркотков или изгнание из группировки. И если они снова поймают его на метамфетамине, они действительно причинят ему боль.

Ябэ во всем признался.

Сайго устроил целое шоу, позвонив Фиолетовому по телефону в присутствии Ябэ. Он сделал вид, что требует его изгнания. Сайго возражал. Наконец телефонный разговор закончился. Сайго повернулся к столу.

— Ты должен пообещать, что прекратишь это дерьмо, – сказал Сайго. – И ты должен получить за это. Иначе ты ничему не научишься.

Сайго поставил его перед выбором: либо Сайго побьет его, либо Инагава-кай.

Ябэ выбрал Сайго.

Сайго подумал, не ударить ли его, но Ябэ все еще сидел на полу в позе сэйдза, так что пнуть его было легче. Он дважды пнул его: в лицо и в грудь. Рядом с ним лежал деревянный меч, и он несколько раз подумывал о том, чтобы ударить им Ябэ, но решил, что одного удара будет более чем достаточно. Меч издал адский звук, когда рассек воздух, но Сайго отступил на несколько миллиметров назад, прежде чем закончить удар. Меч с чавкающим звуком ударил Ябэ по лицу, но не причинил никакого реального вреда.

Они заставили Ябэ показать им, где он спрятал наркотики, и спустили весь метамфетамин в унитаз. Они нашли шприц, разрезали его ножницами и тоже спустили в унитаз. Они нашли наркотики, спрятанные в «Кадиллаке», и тоже спустили их в унитаз.

Ябэ был отстранен от работы, и его возвращение в группировку зависело от того, останется ли он чистым.

На этом все должно было закончиться. Сайго не последовал мудрости Фиолетового, он оставил очень заметные следы на своей жертве. Детектив Кэндзи Мураки из полицейского управления Канагавы заметил опухшее лицо Ябэ, когда встретился с ним «чтобы наверстать упущенное» несколько дней спустя.

Мураки был полицейским, известным своей коррумпированностью. Его ненавидели и якудза, и копы. Он всегда носил большой черный костюм. Он брил голову, будто буддийский священник, и носил очки в толстой золотой оправе. Он был бывшим чемпионом по дзюдо, коренастым и сильным, а из-за того, что Мураки много раз бросали на маты, его уши были похожи на смятые кусочки бумаги – уши-клецки.

Он спросил Ябэ, что случилось с его лицом. Ябэ не хотел говорить об этом, но Мураки настаивал. Когда Мураки услышал всю историю, он пришел в восторг.

— Значит, он тебя избил, и тебя отстранили, – подтвердил Мураки. – Это полный пиздец. Я получу ордер, и мы арестуем этого ублюдка за нападение. Было что-то еще?

Ябэ сказал, что не хочет выдвигать никаких обвинений и что больше ничего не было. После избиения Ябэ вернул Сайго часть долга, но эти деньги он взял взаймы.

Ему велели явиться в полицейское управление Канагавы для дальнейшего расследования. Он неохотно подчинился, и его отвели в комнату для допросов. Это было унылое место. Там стоял стол и два металлических стула с пластиковыми сиденьями. Не было ни окон, ни обоев, ни стекла на двери. На столе стояли пепельница и черная лампа. На стене висел плакат о розыске преступников, в частности членов культа Аум Синрикё.