Книга Мой сломленный феникс, страница 36 – Анна Одувалова

— На, держи, — бросает он, протягивая их мне. — Чуть не забыл.

Я забираю ключи. Чувствую, как холодный металл впивается в ладонь.

— Это в последний раз, Лайки, — отрезаю я.

— Ник, я же не специально! Понимаешь, ключи были у Геллы, а вчера мы с ней в университете не встретились, вот я и не смог отдать, — оправдывается приятель, словно это имеет значение.

— Я в курсе, что ключи были у Геллы, — отрезаю я. — Интересно, сколько рук они успели обойти, пока дошли до тебя?

Лайки замирает. Его обычно раздолбайская ухмылка сползает с лица, сменяясь смущённой гримасой.

— Ник, брось… Она бы так не сделала… Или сделала? Вот гадство! Больше такого не повторится. — Он поднимает руки, словно сдаётся.

— Точно, — соглашаюсь я, огибая парня. — Не повторится. Потому что ключей ты больше не получишь.

Уйти не успеваю. Мимо нас раздраженно проносится Мона. Она смотрит прямо перед собой, лицо напряжено, взгляд злой. Кажется, она вообще не замечает окружающего мира.

— Эй, Мон, ты что сегодня такая злюка? — орет ей вслед Лайки, глупо хихикая.

Девушка не удостаивает его даже взглядом. Только поднимает руку и, не оборачиваясь, демонстрирует четкий, всем понятный неприличный жест. Исчезает за углом.

Я задумчиво смотрю ей вслед. Интересно, это она из-за Рика так взбешена?

— Что, понравилась? — Лайки тут же тыкает мне в бок локтем, мгновенно забывая о наших разногласиях.

Я не отрицаю. Просто неопределённо пожимаю плечами, всё ещё глядя на пустое место, где она только что была.

— Брось, Ник, — фыркает Лайки. — Если ты не красавчик из группы «Ангелов» — даже не думай. Но… — Он понижает голос. — Если очень хочется, то вечерами её можно поймать в звукозаписывающей студии в старом районе. Она там подрабатывает ассистенткой или кем-то вроде того.

Звукозаписывающая студия. Идеально. Уголки губ сами ползут вверх. Лайки, сам того не ведая, только что вручил мне козырь.

Дамона

Я почти бегу по тротуару, под ногами громко шуршат пожухлые листья. Времени осталось немного, меньше чем через полтора часа начинается моя смена в студии. Ветер неприятный, колючий и холодный, но он немного остужает пылающие щеки. Внутри все дрожит от злости на Рика, на его наглые руки и тупые шутки.

Взгляд сам цепляется за притормозивший у обочины черный магмобиль. Дорогой, с глянцевым блеском. На мгновение сквозь тонированные стекла мне кажется знакомый профиль и вспыхнувшие рыжиной волосы. Ник? Но магмобиль резко ускоряется и исчезает в потоке. Наверное, показалось. Хотя кто знает, какие еще секреты хранит этот парень.

Перебегаю через дорогу, прохожу насквозь сквер и сворачиваю к старому каменному дому. Трехэтажный, когда-то он, наверное, был красивым, а теперь — облезлая штукатурка, грязные окна. В подъезде пахнет сыростью и старыми стенами. Поднимаюсь на второй этаж, стучу в знакомую дверь.

Ее открывает квартирная хозяйка. Немолодая женщина в поношенном халате. Она устало смотрит на меня и вздыхает.

— Заходи, девочка. Твои вещи собрала. — Она отступает вглубь прихожей. — Ремонт, знаешь ли, может надолго затянуться. Потоп — это серьезно. Не думаю, что управимся за неделю. Ты уж прости, что так вышло.

Она подвигает ко мне огромную сумку. Я заглядываю внутрь — все мои пожитки аккуратно сложены. На душе становится пусто и тяжело.