Книга Черная свеча. Абсолютно не английское убийство, страница 127 – Алена Скрипкина, Михаил Попов

Холмс прямо на крыльце провел первый допрос.

— Итак, вы первый кто увидел труп?

— Не совсем так, сэр. — Голос из массивной головы, влажной от ночного тумана, шел на удивление тонкий, почти писклявый.

— Поясните.

— Как всегда в шесть часов я принес милорду его чай. Он не ответил на мой стук. Я стучу особенным образом, милорд прекрасно его знает. Я постучал еще раз, громче. Никакого ответа. Тогда я нажал на ручку двери. Она была заперта. Меня это насторожило, у милорда не было обыкновения запирать дверь кабинета изнутри. Кроме известных случаев. То был неизвестный случай.

— Вы имеете в виду визит женщины?

Дворецкий потупился и деликатно отвел взгляд.

— Проводите нас туда, — попросил Холмс.

Кабинет располагался на втором этаже. Вдоль широкой, застланной ковром лестницы ступенчато висели темные портреты былых владельцев Веберли Хауса. На площадке, меж этажами, в эту благородную когорту вдруг влезла громадная кабанья морда. Ничего не сказав по поводу людей, Эвертон счел необходимым объясниться по поводу животного:

— Охотничий трофей милорда.

Далее опять шли портреты.

Когда поднялись на второй этаж, Эвертон кивнул влево:

— В той части коридора комнаты сэра Гарри и сэра Энтони.

— Мне хотелось бы поговорить с ними немедленно, — сказал сыщик.

— Боюсь, это невозможно, сэр. Сэр Энтони уже лег. Он всегда ходит к заутрене и поэтому ложится засветло. А Сэр Гарри еще не встал, он работает до рассвета и спит, пока не стемнеет.

— Судя по тому, что вы говорите, вы никогда не собираетесь все вместе?

— В каждой семье свои странности, — с достоинством заметил сэр Эндрю.

Переложив фонарь из правой руки в левую, Эвертон нажал ручку двери и произнес торжественно и скорбно:

— Кабинет милорда, джентльмены.

Кабинет как кабинет. Фонарь, поставленный на письменный стол между бронзовым подсвечником и сандаловой папиросницей, едва добрался своим бледноватым светом до окраин помещения. Давало знать о себе золото на книжных корешках в шкафу до потолка. Голая статуя, венчавшая полуколонну в углу у окна.

— Кто же первым увидел труп?

Сэр Эндрю задумчиво выпятил губы и признался:

— Трудно ответить на ваш вопрос со всей точностью. Эвертон, обнаружив, что дверь кабинета заперта изнутри, позвал меня. Затем на звук наших голосов вышли Гарри и Тони. Пришел Яков с инструментами. Когда он взломал замок, мы все вместе вошли внутрь.

— Что же вы увидели?

У сына убитого перехватило горло, дворецкий пришел ему на помощь:

— Милорд лежал здесь, на ковре, на левом боку. В правом виске у него была дыра.

— Дыра?

— Точнее сказать, дырочка, сэр. Как от пули.

— Кто обнаружил пистолет?

— Пистолета нигде не было. Мы все осмотрели внимательнейшим образом.

— Кто-нибудь мог его незаметно вынести?

— Исключено, — вступил в разговор сэр Эндрю, — никто не выходил, пока мы не завершили поиски.

— Хорошо. Окна?

— Окна? Ах, да! Окна были закрыты на все шпингалеты, портьеры были опущены, как сейчас. Отец боялся сквозняков.

Холмс подошел к холодному камину и заглянул в него.

— Мы тоже подумали о дымоходе, мистер Холмс, — вставил сэр Эндрю. — Но там толстая решетка на высоте четырех футов. В старину так часто делали. Через нее даже утке не влететь.

Холмс выпрямился.

— Дверь была заперта изнутри на ключ?

— Не только на ключ, но и на задвижку. Яков очень ругался, когда все это пришлось расковыривать.