Книга Черная свеча. Абсолютно не английское убийство, страница 130 – Алена Скрипкина, Михаил Попов

Ватсон ассистентски покашлял, выясняя, относится ли пожелание к нему тоже. Оказывается, относилось. Впрочем, действия друга показались ему разумными. Перекрестный допрос в полночь — это, пожалуй, слишком для нервов впечатлительной девицы.

Когда группа молчаливых мужчин спускалась по лестнице в толщу тихих сомнений, сэр Эндрю вдруг несообразно весело спросил:

— А что бы вы сказали, господа, о хорошем куске холодной телятины и стакане доброй мадеры? По-моему, мы заслужили нечто в этом роде.

— Слушаюсь, сэр, — пропищал Эвертон.

На следующее утро, после завтрака, Ватсон, как и было заранее условлено, вышел в редкую дубовую рощицу, замершую над темным овальным прудом в тылу Веберли Хауса. Петляя меж бесшумных, прохладных деревьев, песчаная тропинка сбегала к росистому берегу. Облака тумана медленно впутывались в разреженную толпу можжевеловых кустов на том берегу, освобождая для сосредоточенного обозрения темное лоснящееся зеркало неподвижной воды.

Сколь английским было это утро!

Доктор поправил белый шарф и поднял воротник пальто. Вчерашняя телятина еще напоминала себя ломотой в висках и неприятным привкусом во рту.

Сзади раздались сочные шаги по влажному песку тропинки, и одновременно с этим звуком явился запах табачного дыма.

— Доброе утро, Ватсон.

— Доброе, но промозглое.

Холмс заинтересованно огляделся:

— Да? Возможно. Знаете, над чем я размышлял, идя сюда?

— Даже не пытаюсь гадать.

— Правильно, не надо. Я думал над тем, с чего бы следовало начать описание этого дела. Писательское чутье вам что-нибудь уже подсказывает? Не начать ли с этого пруда? Как он таинственен. Смотрите, туманный занавес снова закрывается. Роскошно!

— Вы полезно побеседовали с девушкой?

— Скорее приятно, чем полезно. Она весьма мила, но разговор с нею не дал мне пищи для какой-нибудь стоящей версии. Может, у вас мелькнули трезвые мысли?

Ватсон нервно пожал зябкими плечами:

— Нет. Я даже приблизительно не могу себе представить причину смерти милорда. Пулевое ранение без пули — это ведь настоящий бред.

— Как раз это, дорогой друг, самая легкая из загадок. И я ее, как мне кажется, уже разгадал.

Недоверчивый, скошенный взгляд доктора.

— Да-да. Дело в том, что пуля была.

— Куда же она девалась?

— Растаяла.

— Если вам угодно шутить…

— Это была ледяная пуля. Если кусок льда непосредственно перед выстрелом вставить в патрон, то он поведет себя так же, как кусок свинца. А потом исчезнет.

— Но…

— И меня беспокоит это НО. В жизни всегда так. Одна разгадка задает десять новых загадок. Кто засунул лед в патрон? Почему сэр Энтони ждал, пока это будет сделано? Куда девался стрелок после выстрела? Где он хранил лед перед тем, как сделать из него пулю?

— И откуда лед в сентябре? Это ведь тоже загадка.

Холмс кивнул, пососал потухшую трубку.

— Как раз на эту тему у меня есть соображения.

— Говорите же!

— Если подпольные помещения Веберли Хауса достаточно глубоки, можно вспомнить, что некогда наши предки имели обыкновение забивать подвалы глыбами льда, вырубленными в замерзших водоемах, и хранили на них рыбу, мясо и овощи. Иногда все лето.

— Но реки в этих местах никогда серьезно не промерзают.

— Реки да, текучая вода. А вот пруды?

Ватсон совсем другими глазами посмотрел на водное чудо, лежащее у его ног.