Онлайн книга «Рукопись, найденная в Выдропужске»
|
________ 15) «Гамлет», перевод М. Лозинского Ну ладно Дылда, я его совсем плохо знала. Просто в очередной раз убедилась, что судить о человеке по внешности глупо, совсем не всегда прав Ломброзо. Но с Лёликом я знакома больше девяти лет, с Балаяном – чуть меньше. И что? Что в следующий раз покажут мне фокусники и престидижитаторы 16)? ________ 16) Престидижита́тор[6] (фр. prestidigitateur, от фр. preste – быстрый и лат. digitus – палец) – в цирке, на эстраде, фокусник, использующий силу, ловкость, гибкость пальцев и особенно запястий рук. Оперирует мелкими вещами (картами, шариками, монетами, платками, лентами и др.), появляющимися и исчезающими у него в руках. Название «престидижитатор» употреблялось главным образом в старом цирке, ныне престидижитаторов называют манипуляторами. * * * Часов в десять утра, примерно на полдороге до Твери, я решила позвонить специалистам по елизаветинскому барокко. Первой в моём списке – недлинном, всего четыре человека, причём четвёртый из них под вопросом, – шла дама с затруднительным именем Ксения Всеволодовна, с неё я и решила начать, предварительно потренировавшись это выговаривать. На звонок дама ответила быстро, я представилась и попросила о короткой консультации. Она помедлила и нехотя сказала: — Хорошо, только очень быстро, говорите. — Меня интересует Чевакинский… — О, вы позвонили по адресу, – и я прямо услышала, как она расплывается в улыбке. – Кто, говорите, посоветовал вам ко мне обратиться? – я назвала имя, и дама понимающе хмыкнула. – Что у вас, курсовая, диплом? — Э-э-э… – тут я сообразила, что говорить об охоте за книгами и поисках неизвестного проекта не стоит, могут и послать, и соврала. – Нет-нет, мне заказали статью о нём. Какой-то юбилей близится… — Статью? И кто же? — Журнал «Морской сборник». Чевакинский же строил Николу Морского… — Ну хорошо, предположим. Спрашивайте, у меня мало времени. — Ксения Всеволодовна, мне попалась книга, в которой утверждается, что Савва Иванович для нескольких так и не состоявшихся проектов особняков проектировал и мебель… Голос моей собеседницы изменился, теперь вместо лёгкой усталости, приправленной подозрительностью, в нём громыхало латное железо. — Что за книга? Кто автор? — Я не помню, у меня нет её перед глазами… — Ну вот что, милочка. Во-первых, запомните: Чевакинский никогда не занимался глупостями, никаких хозяйственных построек и всяких ваших шкафов. Во-вторых, популяризаторская литература приносит только вред обществу, история архитектуры же и подавно удел специалистов. В-третьих, не понимаю, зачем журналу военно-морского флота нужны такие подробности о великом архитекторе? И да, больше мне не звоните! И голос её сменился короткими гудками. — Эк она меня… – сказала я ошарашенно. – Но позвольте, как это – «никаких хозяйственных построек»? А как же склады и каналы Новой Голландии? Этот разговор надо было запить кофе, так что я остановилась возле первого же попавшегося придорожного кафе, взяла большой стакан того, что они называли «латте» и вернулась в машину. Прихлёбывая напиток, я размышляла. Несколько дней назад я обзванивала этих самых экспертов с вопросами о Чевакинском. Допускаю, что вопросы были дилетантскими и даже попросту глупыми, но что-то не помню, чтобы кто-нибудь со мной вот так разговаривал. И, кстати, а зачем я соврала насчёт того, что журналистка? Если бы с этой дамой разговор уже был, она бы вспомнила, что представлялась я совсем иначе… |