Книга Рукопись, найденная в Выдропужске, страница 60 – Анна Дашевская

— Артур Давидович, как хорошо, что вы пришли! А я и на вашу долю мороженого купил, как чувствовал.

Во все глаза я смотрела, как мой босс, всегда такой важный, берёт из рук Лёлика эскимо и кивает. Что я пропустила, а? Что тут произошло за те три или четыре дня, что меня не было?

Посмотреть, впрочем, и без того было на что. Вроде бы в узилище Балаян провёл всего-ничего, сутки, даже меньше, но на его внешности это сказалось неожиданно вполне положительным образом. Он подтянулся, будто ушла лишняя вода, отчего-то исчезли морщины, на лице чётко обозначились скулы и волевой подбородок, а чуть запавшие глаза стали выглядеть мрачновато-загадочно.

Интересно, а когда он настоящий – чуточку пухловатый и немного смешной своей важностью мелкий бизнесмен, или вот этот человек, к которому не очень-то и хочется поворачиваться спиной?

Много вопросов, много. А самое главное, я совсем не уверена, что мне нужен на них ответ. Пожалуй что, закончу я это дело с наследием Чевакинского и уйду из «Лучшего подарка». Куда? Да вон хоть к тётушке на кафедру секретарём. Денег, конечно, меньше, но и приключений на собственное филе не огребёшь.

Всё, решено.

И я ослепительно улыбнулась господину Балаяну.

Когда всё более или менее успокоилось, и сотрудники занялись – более или менее – работой, я зашла к нему в кабинет и села в привычное кресло.

— Про работу по Чевакинскому рассказывать? – спросила, сложив руки на коленях, словно примерная девочка.

— Результат есть?

— Пока нет. Работаем. Завтра снова поеду в Выдропужск.

Балаян хмыкнул.

— Сознайся, что тебе просто нравится это название.

— Нравится, – не стала спорить я. – Но не настолько, чтобы переехать туда навсегда.

— Тогда вернёшься и расскажешь. Что по остальному?

Я добросовестно изложила всё, что могла, по новым запросам, перечислила предложения, назвала грядущие аукционы, потом, помедлив добавила:

— В Питер бы съездить надо, может быть интересно.

— Я считаю, что куда интереснее может быть в Уфе, – возразил Балаян. – Но туда, пожалуй, я и сам смотаюсь.

— А у вас разве не подписка о невыезде?

Он посмотрел на меня, словно на идиотку.

— Неужели ты думаешь, что за месяц моя невиновность не будет доказана?

— А вы её не убивали? – вырвалось у меня.

— Нет. Незачем было. Мы договорились, что она съезжает в конце этой недели, и даже соглашение подписали.

— Но… Погодите, Артур Давидович, если вы с Вероникой обо всём договорились, и тому есть письменное доказательство, так с вас должны были полностью снять подозрения!

Он пожал плечами.

— Послушай, я не знаю, что там происходит в голове у майора Алябьева и его подчинённых! Мы с Вероникой вместе жили, я нашёл тело, очевидно, им этого достаточно для того, чтобы я оставался в числе фигурантов преступления.

— А откуда она вообще взялась, Вероника?

— Тебе зачем? – глянул босс мрачно.

Ну, я тоже умею пожимать плечами.

— С вашего разрешения, пойду собираться. Завтра хочу пораньше выехать.

— Одна поедешь?

— Да, Лёлик пусть поработает. Вдвоём там делать нечего.

Забрав сумку, я помахала рукой напарнику и пошла к своей машине. Собираться – не собираться, а подумать не мешает. Что-то жизнь моя стала выписывать какие-то странные кренделя, словно булава в руках у жонглёра. Не нравится мне это, меня, знаете ли, укачивает!