Онлайн книга «Искатель, 2008 № 02»
|
— А при чем здесь Динозавр? — Не гони лошадей, я еще не рассказал, как это дело в моих руках оказалось. Значит, подали китайцы в наше министерство прошение о защите чести и достоинства. Его рассмотрели, наложили визу «Разобраться!» и спустили в отдел по борьбе с экономическими преступлениями. Там ребята не лохи какие-нибудь — расстарались, тем более начальство на них жало так, что не приведи господи. Через три месяца организовали облаву и накрыли целую сеть подпольных цехов, где эту халтуру штамповали. И наверх доклад: так, мол, и так, пресекли и порубали, готовы получать благодарности в приказе и ордена на грудь. Начальство в свою очередь поспешило успокоить высоких заявителей, ну а те рассыпались в благодарностях. Быстров приподнял бровь, но ничего не сказал. Сказал Ухов: — Было во всем этом узкое место. Замели-то мелочь пузатую! А кто организатор аферы — это выяснить не удалось. Тем не менее на данное обстоятельство закрыли глаза, потому что подчиненные торопились отрапортовать, а руководство такими мелочами не заморачивается. В итоге подделки появились опять — в еще большем количестве и лучшего качества. Господа посольские опять пожаловали в министерство, ребята из ОБЭПА вновь взялись за дело и обнаружили новую сеть подпольных фабрик и сборочных мастерских. На сей раз сразу громить их не стали, решили докопаться, кто во главе, где у этой сети мозговой центр. И не смогли: оперативный опыт у наших «экономистов» иного профиля. А может, и смогли бы, да не успели. Поехал Путин в Китай. С официальным визитом. Там ему соответствующий вопросик и подбросили, разумеется, в личной беседе и со всяческими реверансами. Но какой уровень! И стыд какой! Владимир Владимирович виду не подал, что ничего об этом не знает, заверил, что ведется работа и уже есть обнадеживающие результаты. Понятно, что после рандеву он взгрел кого надо, а те взгрели наше руководство, а то уж нам так вставило, что мама не горюй. Сеть на следующий день прихлопнули, а ее организатор как был на свободе, там и остался. — И тогда в высокий кабинет призвали вас, — сказал Матвей. — Верно. — Полковник устремил взгляд на цветы, украшавшие и хрустальную вазу, и стол совещаний, и кабинет в целом. — Позвали и приказали найти «голову». Потому что сам президент слово дал! Потому что, в конце концов, кому решать вопросы государственной важности, как не Особому управлению в целом и специальному отделу № 7 в частности. Оторвав взгляд от цветов, Ухов опустил его ниже, обнаружил непорядок на столе, смел обломки скрепок в ладонь и ссыпал их в мусорное ведро. — Перво-наперво я затребовал материалы по делу. Несколько дней занимался отчетами, пытаясь нащупать нить, ведущую от исполнителей наверх. Они же марионетки, их дергают, так что нить должна быть! Однако нащупать не удавалось. Более того, ребята из ОБЭПА, как выяснилось, работали тщательно, отбивали все версии и ходы, поэтому какую строчку ни возьми, она уже рассмотрена, проверена и отброшена. Требовалась пауза, и я ее взял. Вдруг осенит? Пауза, конечно, была относительная. Я решил по второму заходу просмотреть оперативную видеосъемку. Занятие, сам знаешь, усыпляющее, но порой небесполезное. Уже ближе к вечеру почудилось мне знакомым одно лицо: вроде мелькало... Стал я гонять кассеты по новой и обнаружил, что не ошибся, и впрямь мелькало. Правда, всякий раз на периферии. Представь. Человек сидит на лавочке неподалеку от подвальных дверей, за которыми — пошивочная мастерская. Ну, спрашивается, что такого, уж посидеть нельзя? Но этот же человек двумя днями позже просит закурить у парня, который забивает кузов грузовика поддельным ширпотребом — и уже не в Москве, а на границе Московской области с Тверской. А через неделю он же стоит за желтой лентой в толпе, наблюдающей, как из взятых штурмом складов на окраине Ярославля выносят коробки с поддельными магнитофонами. Плюс еще два случая. Всего получается пять! А это уже не совпадения, пусть даже загадочные, это закономерность! Понятно, захотелось мне узнать, что это за «многостаночник» такой. Тут-то и началось самое сложное. Ничего, кроме лица, у меня не было. Пришлось задействовать всех имеющихся людей, подключить коллег. Не одну сотню свидетелей опросили, но уж больно личность невзрачная. В общем, неделю вкалывали как каторжные, не столько на себя — не тебе объяснять, как мала была вероятность удачи, — сколько на чудо надеясь, и все же вышли на Ивана Петровича Сидорова с Октябрьского Поля. Получить его отпечатки пальцев труда не составило. Эксперты сравнили их с имевшимися у нас дактилоскопическими картами. И выяснилось, что этих отпечатков у нас пруд пруди. Наследил Иван Петрович изрядно: в конторах при подпольных цехах, на складах, в мастерских. И что характерно, расположение отпечатков указывало на то, что он и есть руководитель. Согласись: если отпечатки всякий раз оказываются на столешнице там, где стоит кресло начальника, ведущего совещание, это о многом говорит. Отпечатки эти нас и прежде интересовали, но их не удавалось идентифицировать. |