Книга Искатель, 2008 № 02, страница 10 – Журнал «Искатель», Анатолий Радов, Владимир Царицын, и др.

— Достаточно, — остановил его Ухов. — Хорошо еще, не от Адама начал.

— Между прочим, Библия, Николай Семенович, это настоящий учебник криминалистики. Каин убил Авеля. Давид — Голиафа. Ирод избил младенцев — маньяк! Фараон изгнал евреев — антисемит! А те Христа распяли, хотя и по закону, а все-таки зря.

— Достаточно! — повторил, повышая голос, полковник. — Ишь, начитанный. Конан Дойл, Честертон, все у него в учителях. Так и до Марининой недалеко.

— До Марининой далеко, — не согласился Матвей.

Ухов протестующе поднял руку:

— Все, я сказал! Что с тобой сегодня? Недержание? Так ты прими какое-нибудь закрепляющее. Или лучше к делу?

Откровенную грубость Ухова специальный агент близко к сердцу не принял. Напротив, сам устыдился. Потому что была она своевременной и справедливой. Перечить руководству, раз уж решился, надо с толком и расстановкой, по сути, а не на пустом месте.

Полковник между тем достал с полки толстенный том Маркса-Энгельса:

— Полистай, интересно.

— Это приказ? — по инерции набычился Быстров.

— Ты еще письменного потребуй!

Матвей взял книгу, открыл и оторопел. Графики, схемы, копии донесений, справки, рапорты. А на первой странице каллиграфическим почерком выведено: «Динозавр».

— Вот так-то, — усмехнулся Ухов. — А ты меня, небось, за ретрограда-старогвардейца принял. Это, — полковник показал на стеллажи, — мой личный архив. Переплетаю потихоньку — и в рядок. Все на виду, а сохранность гарантирована. Кого нынче эти книги интересуют? Только крайних правых и левых, чтобы аргументированно мочить друг друга, а не просто так, дурнинкой. Ну, еще историков. И журналистов, но этим в мой кабинет путь заказан.

Матвей взвесил книгу на руке:

— Спасибо за доверие.

— Не благодари. Больно ситуация необычная, а то не открылся бы. Личный архив все-таки. А открылся я потому, что к делу одному хочу тебя подключить...

— Я готов, — поспешил спецагент, перебив начальство. Ухов поморщился и закончил:

— ...но даже не знаю, справишься ли. Это ведь не Хромого Хому под микитки брать.

— Если я не справлюсь — кто справится?

— Я тоже голову ломал: кто? И получилось, если кто, так только ты.

Быстров приосанился:

— Да вы не волнуйтесь, Николай Семенович. Не впервой.

— Такое, пожалуй, впервые. Сядешь?

— Вроде не за что.

— Тогда присаживайся. И брось эти шуточки с уголовным акцентом. Негоже.

Ухов обошел стол совещаний и опустился в кресло за своим столом, маленькой черточкой буквы «Т» замыкавшей черточку длинную. На начальственном столе тоже было пустовато: компьютер, пяток телефонов с российским гербом и без оного, а также кое-какие канцелярские аксессуары.

— Ну, что стоишь?

Спецагент занял стул напротив.

— Значит, такое дело, Матвей. Можно сказать, украшение моей коллекции, в смысле — дело. Есть в нашем городе некая личность, Сидоров Иван Петрович, по профессии инженер-строитель. Ну ничем этот Сидоров не примечателен: холостяк, бездетен, живет в однокомнатной квартире на Октябрьском Поле, не пьет, не курит, до женского пола не падок, азартными играми не увлекается. И на работе тише тихого, потому что не новорусские коттеджи на Рублевке строит или небоскребы в Строгино, а командует молдаванами, которые подъезды в «хрущобах» красят. С такой работы не разжируешь, ни в своих, ни в чужих глазах не поднимешься. Короче, Иван Петрович — рядовой законопослушный гражданин. На первый взгляд! И на второй. Но не на третий. Потому что не прост Сидоров, ох, не прост. С двойным дном человек. — Ухов хлопнул рукой по книге-досье. — Пролистаешь — поймешь, что враг это, противник, какого у тебя еще не было. Хитрый, властный, сильный. Настоящий динозавр, тиранозавр-рекс! У меня по архиву он так и проходит — Динозавр. И не один он, Сидоров этот, а со стадом. Поверь чутью старого розыскника: возглавляет Иван Петрович таинственную и могущественную организацию.