Книга Патруль 7, страница 58 – Макс Гудвин

На экране лицо Крейна застыло.

Он смотрел на меня долго, очень долго. Я видел, как его губы шевелятся, будто он что-то просчитывает, сопоставляет, отбрасывает невероятное и снова возвращается к нему. Потом он медленно надел очки.

— Это… — голос его сел, он откашлялся, — это феноменально. Если вы не больны и не разыгрываете меня. — Он наклонился ближе к экрану, всматриваясь в экран. — Мне нужно видеть ваше лицо. Вы понимаете? Если вы действительно тот, за кого себя выдаете, у нас есть о чем поговорить.

Доктор Крейн сощурился через очки, и вдруг его глаза расширились.

— О, — выдохнул он. — О, я тебя знаю. Я тебя знаю!

Его голос изменился — в нем появился какой-то восторг, смешанный с изумлением. Он откинулся в кресле, потом снова наклонился к экрану, разглядывая меня, словно редкий экспонат.

— Ты тот самый русский киллер, которого ищет ФБР, тот что послал Трампа. Тот, что в Майами… — Он запнулся, покачал головой. — За информацию о тебе же платят полтора миллиона долларов от картелей. А ты вот просто так звонишь мне. Просто звонишь, чтобы поговорить о феномене возвращения?

— Платят не за информацию, а за голову. И я же сказал: мне нужны ответы, — произнес я спокойно.

Крейн смотрел на меня, и в его взгляде я читал профессиональный интерес, смешанный с восторгом, как если бы я поговорил с Чепаевым. Но многого я не мог определить. Все-таки разность менталитетов не давала возможность считывать настоящие мысли и намерения по мимике лица.

— Ты не представляешь, какой ты подарок для науки, — сказал он наконец. — Русские смогли это повторить? Или у вас это случайно получилось? Неважно. Ты — живое доказательство того, что, то — над чем я работаю в Эхо может быть полезным. Ты должен быть здесь, у нас.

Он подался вперед, голос его зазвучал вкрадчиво, почти ласково.

— Послушай, я могу гарантировать тебе безопасность. Полную. Новую личность, защиту от ФБР и картелей. Ты станешь неприкосновенным. Мы дадим тебе все, что захочешь. Деньги, дом, лабораторию, если захочешь. Ты будешь работать с нами. Расскажешь, как это произошло. Как ты вернулся. Ты даже не представляешь, сколько полезного мы сможем сделать, если поймем механизм.

Я слушал его и чувствовал, как внутри поднимается холодная, тяжелая волна. Не злость, но усталость. Усталость от того, что меня снова пытаются купить. И наверное, 95 % согласились бы, особенно после того бардака, который творится у себя дома.

— И сколько вы мне заплатите, доктор? — спросил я.

Крейн улыбнулся. Он решил, что я клюнул.

— Миллионы, — сказал он просто. — Или что ты захочешь. У нас есть все.

— А что вы скажете тем, кто меня ищет? Шерифам, рейнджерам, охотникам за головами?

— Скажем, что ты погиб. Или сбежал в Мексику. Да какая разница, что? — Он пожал плечами, и в этом жесте было что-то брезгливое. — Для своих ты просто расходный материал если они пустили тебя сюда с таким прикрытием. Для нас же ты бесценный объект.

Я усмехнулся, а Тиммейт в наушнике прошептал: «Восемь минут».

— Доктор, — сказал я, — вы предлагаете мне предать свою страну. Ради того, чтобы стать подопытным кроликом в вашей лаборатории.

— Я предлагаю тебе ответы, — парировал Крейн, и в его голосе прорезалась жесткость. — Ты сам сказал, что хочешь их получить. Я могу их дать.