Книга Патруль 7, страница 34 – Макс Гудвин

«Видел бы, светил бы прямо на меня», — подумал я, сидя тихо.

Но мой Глок был уже взведён, палец замер рядом со спусковым крючком. Двадцать патронов. Десять метров. Два выстрела, и снова можно будет уходить. Но это значило оставить здесь два трупа, поднять на уши через сутки весь округ и получить ориентировку не с пометкой «вооружён и опасен», а с пометкой «убийца полицейских». Хотя для многих разницы не было, но для меня была. Всё таки коллеги, пускай и работающие на враждебный коллективный Запад. После этого меня будут искать уже не только картели и даже не ФБР, а вообще все, у кого есть форма и оружие. И где-то «там» и пройдёт моя красная линия, после которой нужно будет убивать вообще всех. Кем я вернусь к Ире? Убийцей с расшатанными нервами, как у майора Гусева.

Леззи тоже выбрался из машины, громко хлопнув дверью. Он обошёл Ford, а его тяжёлые шаги зашуршали по гравию. В руке у него не было фонаря, но он держался увереннее напарника, его рука тоже была на кобуре. Однако двигался он так словно не ожидал никого тут встретить.

— В ориентировке сказано, что он убил в одиночку два десятка рейнджеров, — голос Леззи был тихим, вкрадчивым, он обращался к Митчу, американскому аналогу «моего» стажёра Бахматского. — Поэтому, если ты действительно видел его, надо срочно доложить, вызвать подкрепление и оцепить весь сектор.

— Да, давай! — с надеждой воскликнул Митч, опуская фонарь.

— Нет, не давай! — отрезал Леззи, и теперь в его голосе зазвенел металл. — Я не знаю, что ты видел, но если в кустах сидит чёртов Леон Киллер, то нам совсем не повезло! Или ты забыл, сколько их было в том отеле в Майами? Или тех рейнджеров на просёлке, которых нашли вчера ночью?

Митч молчал. Я видел, как его рука с фонарём снова дрогнула, луч заметался, чиркнув по стволу дуба в метре от меня.

— Дерьмо, Митч, — Леззи открыл водительскую дверь. — Давай всё. Я сяду за руль, и поехали. Мы и так задержались.

— Может, ты и прав, — голос Митча звучал облегчённо, но он всё ещё топтался на месте, не решаясь отвернуться от леса.

— Конечно, я прав, — согласился Леззи и уже сидел за рулём. — Ведь если ты кого-то там видел, то надо срочно прочесать весь этот долбаный лес. Как ты думаешь, чьими силами будет сделан этот подвиг? Нашими с тобой! Без какого либо спецназа и поддержки с воздуха! С одним фонариком на двоих! И знаешь что? Мы никого там не найдём, кроме простуды насекомых и змей!

Я слышал, как молодой напарник шумно выдохнул через нос. Его фонарь ещё раз скользнул по лесу, слепя, и в этот раз прошёл в стороне от меня. Митч развернулся и быстро, почти бегом, забрался на пассажирское сиденье. Дверь захлопнулась. В свете фар я увидел, как он пристёгивает ремень.

— Самое время спеть им про матушку-землю, — подколол меня Тиммейт в наушнике, и я почувствовал, как уголок губ дёргается в усмешке.

Ford Interceptor шлифанул шинами по гравию, и машина рванула с места, показывая негодование того, кого разбудили, а через мгновение красные огни задних габаритов растаяли за поворотом. Тишина вернулась в лес, нарушаемая лишь стрекотом цикад и моим дыханием.

Я ещё минуту сидел неподвижно, прислушиваясь. Только ветер в кронах и далёкий шум трассы.

— Тиммейт, — позвал я, пряча Glock за пояс и поднимаясь. Колени затекли, спина ныла, но это была приятная боль после напряжения.