Книга Бывший. Путь обратно, страница 39 – Марта Макова

Я снова повернулась к стоящему рядом Саше, который в этот момент слишком сильно мял мою ладонь. Он неотрывно смотрел на Машу и, кажется, даже не замечал, что невольно причиняет боль моим пальцам. Кадык на его горле дёргался, словно он никак не мог проглотить тугую слюну.

— Саш… — тихо позвала его. — Пойдём, познакомлю…

— Я на чёрта похож. — прохрипел не своим голосом. — Испугаю. Умыться…

— Парни в баню! — скомандовал отец, призывно махнув рукой. — Катя, отведи Лотту на задний двор и привяжи под навесом. Мать, ужин накрывай. Девки, одежду чистую принесите мужикам. И полотенца.

— Всё приготовили давно. — отозвалась из сгустившейся темноты мама. — Идите уже, ужин заждался.

— Пойдём со мной. — потянула Сашу за руку. — Тебе в горячую баню с ожогами нельзя, в доме душ примешь. Потом раны обработаю.

Повернулась к стоящей возле Маши и пони Аксинье.

— Ксень, забери, пожалуйста, Машу в дом, а лошадь я сама отведу на место.

Запинаясь и налетая в темноте на крутящихся под ногами племянников, наконец вырвавшихся на волю с заднего двора и с восторгом встретивших живого пони, отвела Лотту под навес и крепко привязала её там.

— Корыто в сарае возьмите, воды свежей ей налейте. — дала задание вертящимся вокруг лошадки пацанам. — И не тревожьте её сильно, она и так сегодня стресс получила. У деда спросите, где зерно лежит и во что насыпать. Бегом!

Саша только хмыкнул у меня за спиной, наблюдая, как я командую оравой племянников, а они охотно врассыпную кидаются выполнять мои распоряжения.

— Пойдём. — поймала в темноте навеса Сашину горячую ладонь. — Обезбол тебе вколю.

— Всё нормально, Кать. — прокашлялся и сжал мои пальцы. — Мне бы помыться сначала, а потом с Машей познакомиться.

Ты ей понравишься. Потянулась и поцеловала запечённые, сухие губы. Обязательно.

Возвращаясь с аптечкой в свою комнату, столкнулась в коридоре с вернувшимся из бани Пашкой.

— Годный мужик. — подмигнул мне брат. — Одобряю.

По привычке фыркнула, всем видом демонстрируя, что, плевать я хотела на его мнение, но на самом деле мне было очень приятно. И важно. Я хотела, чтобы Сашу приняли в нашу семью.

Быстро взбежала по лестнице на второй этаж. Там в моей комнате, меня ждал, вышедший из душа Саша. Я не стала на кухне перелопачивать всю аптечку в поисках нужных лекарств, просто подхватила короб и понесла его в комнату — на месте разберусь.

На пороге замерла, даже дыхание задержала от открывшейся картины.

Саша, обнажённый по пояс, сидел на краю кровати, замерев и, кажется, даже не дыша, а на коленях у него устроилась, тихо пробравшаяся в мою комнату, Маша.

— Тебе больно? — тоненькие детские пальчики едва касались припухшей, пламенеющей кожи на мужском лице. — Ты терпишь, потому что герой?

— Да какой я герой, Маша. — в васильковых глазах плескалось смятение вперемешку с тихим восторгом. — Немножко больно. Мне было бы стыдно плакать перед тобой и твоей мамой. Я всё-таки мужчина, могу потерпеть.

— И здесь больно? — сведя светлые бровки домиком, Маша внимательно изучала ссадину на плече.

— Совсем чуть-чуть. — тяжело сглотнул, жадно рассматривая лицо дочери.

— Ты поплачь. — деловито разрешила малышка. — Мы с мамой не будем смеяться. Когда я разбила коленку, бабушка не смеялась. Она подула мне на болячку, и всё прошло. Вот так.