Книга Развод. Любовь на перекрёстке судьбы, страница 77 – Анна Эдельвейс

— Ленка снова исцарапала машину Вите! Знаешь, Майя, сколько стоит ремонт?

— Ты больше хочешь спросить, чем я сказать? — тётушка грудью выпихнула свекровь с порога, сделала звук погромче: — Пусть послушают все бездельники за этот подъезд!

Тётя вышла на лестничную клетку:

— Ойц, Ильинична, шо ты знаешь за Лену! Она святая, её вырастила еврейская мачеха! Бедная девочка создана, чтоб мотать нервы тебе, Витьке и всем вашим родственникам, тьфу на вас три раза. Шо там та машина! Ещё раз плюнуть.

Свекровь топталась на пороге, нервно теребила сумку, но не уходила. Я решила положить конец этому разговору, мирно предложила:

— Давайте закончим эту встречу…

— Щас, — тётушка всплеснула руками, — Скандал сам себя не сделает. Да, Ильинична?

Тётя достала новую сигарету, свекровь прошипела:

— Я поговорить пришла. Пока не скажу всё что надо, никуда не уйду.

— А шо такое? Ты вспомнила за родного адиёта у себя дома и не хочешь к нему возвращаться? Вот и Ленка не хочет.

— Майя, просто дай поговорить мне с невесткой.

— Таки слушать радиопьесу ужасов на всю громкость? Не дам.

— Впустите меня в конце-концов. Сейчас все соседи соберутся.

— Таки мо соседи пришли с базара и имеют что послушать. Вчера твой приходил, все привыкли.

— Я здесь в интересах моего сына.

— Таки слушай, несчастная, мой тебе пердикулярный ответ. Сын у тебя гавно.

— Мой сын был отличным мужем.

— Ну-ну. Гены пальцем не задавишь. Мы заметили.

— Это твоя Ленка стерва!

— Заметь, красивая девка моя Ленка. Если тебе досталась красивая стерва, радуйся! Могла достаться и некрасивая. — тётушка выпустила дым в лицо свекрови: — А ты, Ильинична, таки видела нового хахаля Леночки?

— Слышала, — свекровь злобно завращала глазами, вся стала дёргаться: — Мы так и будем на лестнице лаяться?

— Таки почему нет? Хай тебя паралич от зависти разобьёт не у меня дома, — тётушка не вынимала сигарету изо-рта.

— Тётя… — я хотела закончить разговор со свекровью, но надо было знать характер тёти, она повернулась ко мне: — Ша! Не мешай говорить с гадюкой.

Тётя снова повернулась к свекрови:

— Всё спросить у тебя, Ильинична, хотела про твоего мальчугана. Вот под какой звездой такие дураки родятся. Такую жену упустил.

— Можно подумать, — свекровь делано всплеснула руками.

— Таки хочешь послушать, что скажу? — тётя давила танком нежную психику свекрови: — Хорош мужик новый, ох, хорош. Высокий, щедрый красавчик. Мне цветы, Маше конфет, Леночке внимание, машину, охрану. Квартиру подарит. Две. И шубы. Три. В десять раз лучше Витьки.

— Позорище. Ещё не развелась, уже хахаля прицепила к подолу. Вся в тебя.

— Почему в меня? Ленка в два раза лучше!

— Сразу видно, яблоко от яблони — свекровь вяло отстреливалась.

— И тебе с сыночком чума на оба ваши дома и холера вас побери.

— Майя, я не с тобой пришла говорить.

— Плювала я на твои хотелки. Кстати. Ойц, а таки куда это ты с пустой кошёлкой припёрлась? — тётушка реально плевать хотела на слова свекрови, кивнула на её сумку: — Наверное, конфет внучке хотела принести, да сама сожрала?

— Дайте мне увидеться с внучкой.

— Не тошните, дамочка, мне на нэрвы.

— Я с полицией приду, чтоб вы дали мне общаться с внучкой. Имею право!

— Щас. Украду вашего внимания. Ты только не уходи. — к моему удивлению, тётя направилась в комнату. Я растерялась. Она что, хотела позвать Машу?