Книга Фиктивная мама и ничего личного, страница 25 – Анна Бигси, Елена Львова

— Заметно, — поддерживает Алексей. — Обычно ты по пять звонков в час делаешь, а тут — тишина. Что, любовь, Дмитрий?

Я усмехаюсь, откидываясь на стену. Не хочется врать, но и говорить прямо пока рано.

— Не любовь. Но… появилась женщина, которая изменила многое.

— Это Альбина? — уточняет Игнат, чуть прищурившись. — Помню, как ты на нее пялился в кафе.

— Да. Она какая-то неземная. Настоящая. Без масок. И мне рядом с ней тоже становится… хорошо.

Алексей хмыкает:

— Серьезно? Ты? Тихий и домашний? Кто бы мог подумать. Но ты, кстати, выглядишь лучше. Спокойнее. Не как обычно загнанный волк.

Я улыбаюсь. От души.

— Ярослава говорила, что Альбина ей нравилась. Умная, добрая. Даже немного наивная. Но, может, в этом и сила.

Мы молчим немного, прислушиваясь к треску камней. Я решаю, что пора.

— В субботу хочу устроить ужин. Приходите. С женами. С детьми. Хочу, чтобы вы с ней познакомились.

Алексей усмехается:

— Прям знакомство с родителями.

— Почти, — ухмыляюсь в ответ. — Только вы не родители. Но близкие. Хочу, чтобы вы были рядом.

Игнат сдержанно кивает:

— Мы придем. И ты прав, она запала тебе в душу. Видно по тебе.

Я молча благодарю взглядом. Потому что действительно хочется, чтобы они стали частью моего нового этапа. Хоть и фиктивного. Но, черт побери… кажется, он становится слишком настоящим.

Уложив дочку, я неслышно вхожу на кухню. Свет приглушенный. Альбина стоит у раковины в светлом атласном халате. Он ниже колен, но чуть приоткрыт у шеи, спадает с плеча. Волосы ее собраны небрежно. Вся она, как картина. Домашняя. Живая. Моя?

Я подхожу ближе. Обнимаю ее за талию. Легко. Почти случайно и забираю из ее рук тарелку. Альбина вздрагивает, но не отстраняется. Да и некуда. Впереди раковина, за спиной я.

— Что ты делаешь? — шепчет она испуганно.

— Помогаю тебе, — отвечаю, и сам слышу, как охрип голос.

Невозмутимо смываю пену с тарелки и часто дышу.

Альбина дрожит, как птичка, пойманная в клетку. Я чувствую, как учащается ее дыхание. Ее волосы щекочут мне подбородок, и я еле сдерживаюсь, чтобы не коснуться губами ее шеи. Внутри все пылает.

— Зачем? — выдыхает она.

А у меня есть для нее два ответа. Один настоящий, но его я не могу озвучить. А другой, просто не хочу. Ложь здесь не уместна. Поэтому просто меняю тему.

— В субботу к нам придут мои друзья. С женами. Некоторые из них тебе знакомы…

— Хорошо…

— Для них наши отношения — настоящие, — шепчу ей на ухо, и вижу, как по коже пробегают мурашки. Какая же она отзывчивая. Я почти не касаюсь…

— Я поняла… — ее голос дрожит.

Втягиваю воздух. Она пахнет цветами и чем-то теплым, будоражащим. Этот аромат проникает в меня и наполняет до краев. Делаю шаг назад. Разворачиваюсь и ухожу в спальню. Не оглядываюсь. Потому что, если останусь еще хоть секунду, все сгорит к чертям собачьим. И маски слетят. А я не уверен, что она к этому готова.

И, пожалуй, я сам тоже.

Сегодня в доме пахнет жареным мясом, пряностями и свежим тестом. С самого утра я на кухне колдую над ужином для гостей. Друзья Дмитрия придут вечером, и я хочу, чтобы все было идеально. Он предлагал заказать еду в ресторане, но я отказалась. Мне важно сделать все самой. Это не про еду. Это про атмосферу. Про тепло. Про то, что я хочу создать уют, даже в доме, который еще не чувствую своим.