Книга Фиктивная мама и ничего личного, страница 27 – Анна Бигси, Елена Львова

Я отступаю в сторону, открываю проход. Она проходит мимо, оставляя за собой след запаха и холода.

Я стою, сжимая в руках фартук. И вдруг понимаю — я дрожу. Не от страха. От злости. И от унижения, которое все еще жжет, как ожог.

А что, если они помирятся? Я тогда стану не нужна?

Со второго этажа доносится голос Лины:

— Пап, мне срочно нужно завязать пояс! — маленькие ножки спускаются по лестнице.

Я едва открываю рот, чтобы позвать Дмитрия, но Вероника опережает меня.

— Иди сюда, я помогу, — зовет она, делая шаг к лестнице.

Лина замечает ее. Замирает, как вкопанная. В глазах испуг, растерянность. Она не двигается.

— Линочка, иди к маме, — тянет к ней руки Вероника, голос становится приторно ласковым.

Но девочка громко взвизгивает и внезапно бросается вниз по ступенькам. Пролетает мимо Вероники, будто ее там и нет, и с силой вжимается в меня. Прячется. Я автоматически обнимаю ее, прижимаю к себе.

— Все хорошо, не переживай, — шепчу ей, гладя по спине. — Я с тобой.

Из кабинета выходит Дмитрий. Видит нас и замирает, оценивая ситуацию.

— Что у вас случилось? — спрашивает он встревоженно, а потом резко переводит взгляд на Веронику. — Ты что здесь делаешь?

Я успеваю сказать только:

— Детка, пойдем проверим печенье, — и увожу Лину на кухню.

Мы заглядываем в духовку. Сдобные сладости подрумянились, пора выключать. Лина дышит тяжело, прижимается ко мне. Я не спрашиваю. Просто остаюсь рядом.

Из холла доносится глухой, но яростный голос Дмитрия:

— Пошла вон. И дорогу забудь в мой дом!

— Нам надо поговорить! — отзывается Вероника.

— Нам не о чем говорить!

Лина вздрагивает. Шепчет:

— Она же не останется?

— Надеюсь, что нет, — улыбаюсь ей. — Смотри, как красиво подрумянились. Сейчас достанем и будем красиво раскладывать.

Я завязываю ей пояс. Потом расчесываю волосы, собираю их в аккуратную косу. Украшаю ленточкой. Она улыбается, хоть и робко.

Всеми силами стараюсь отвлечь ее от тревожных мыслей. Рассказываю, как раньше мы с Аленой лепили из теста зайцев и сердечки. Она смеется.

В этот момент в кухню заходит Дмитрий. Его лицо жесткое, взгляд напряженный, но когда он видит Лину, черты смягчаются.

— Все хорошо? — спрашиваю я.

Он кивает. С натянутой улыбкой.

— Да. Прости за ситуацию. Охрана новая, еще не знают всех тонкостей.

— Папа, смотри какая я! — Лина поворачивается к нему.

Он подхватывает ее на руки, целует в щеку.

— Очень красивая. Моя принцесса.

— А Альбина?

Наши глаза встречаются. Повисает пауза. Он как будто хочет что-то сказать, но сдерживается. Его взгляд скользит по мне медленно, изучающе.

— Ой, мне тоже пора переодеться! — быстро говорю я, прячусь за легкую улыбку и почти бегом покидаю кухню.

Но сердце все еще стучит громко. А внутри клубится странное, волнительное чувство. От Дмитрия. От Лины. И от самой себя.

Гости появляются ровно в семь. Точно, как договаривались. Алексей с Таисией несут вино, вежливо улыбаются. Игнат с Ярославой с фирменным пирогом в руках. С порога звучат добрые слова, и я будто возвращаюсь в прошлое в те вечера, когда все было просто: друзья, смех, кухня с запахом корицы.

Но сегодня внутри все дрожит. Не волнение, а напряженное ожидание. Каждый из них, даже между делом, оглядывается на лестницу или вглубь холла.