Книга Мой гадский сосед, страница 27 – Аня Леонтьева

Вижу в сумраке старой кухни, как зарумянились её щёки, и глазки бегают то по лицу моему, то на тело соскальзывая.

— Ты охренел? Себя учи… — упирается в мою грудь, ладошками, толкает, безуспешно, правда.

— Смотрю, зашла тебе наша игра, Маруся, — считываю все её знаки, плотоядно улыбаюсь. — Я же теперь с тебя живой не слезу.

И, не дожидаясь очередной пакости из её рта, затыкаю его своим.

— Жень! Ну, дай встать!

— Куда?

— Ну надо мне… Жень… Опять?

— Тише, Маша.

— Нет. Нет. Не… Мхм.

С Евгением Медведьевичем, который на самом деле Никитич, вообще фиг поспоришь, даже когда он в благодушном состоянии, всё равно не уступит.

Встать мне так и не дал, вжал своей тушей в мягкую перину, распял под собой и рот закрыл поцелуем. И опять так жадно целует, так трогает, словно не было между нами всей этой сумасшедшей ночи.

И я не против.

Сама впервые такой отклик чувствую к мужчине. Казалось, нет больше сил ни физических, ни моральных, ан нет. Стоит ему только в своей варварской манере навалиться, зажать, и тело откликается, хотя честно, уже побаливает везде.

Но тут, понятно, такой медведина топчется всю ночь.

Мы, как начали в кухне, где он меня прихватил, опять начав рычать по поводу одежды моей, так там и продолжили возле стеночки, благо Евгений Медведьевич подготовленный пришёл, со средствами контрацепции. Потом на стол старенький перебрались, как он выдержал наши скачки, затем я его и вовсе на полу оседлала.

Честно, после сеновала, послала эту идею подальше, тем более перед папой было стыдно, просто жуть. Видела, что сосед зубами скрипит от натуги, понять, пытаясь, чего это я передумала, да цепануть как-нибудь, любыми способами внимание привлечь, но я пояснять ничего не собиралась. Да и что тут пояснять, там на сеновале наваждение какое-то случилось. Как говорится, сошлось всё воедино, а придя в себя и, поразмыслив, я решила, что у меня и так проблем до фига, чтобы создавать новые, переспав с гадским соседом.

Да, сейчас смешно, от собственной самонадеянности.

Думала я так, пока этот гад не появился в моём пространстве, и в своей медведской манере не доказал, что я сильно заблуждалась.

По фиг на проблемы, которых ещё нет. Отличный секс ещё никому не мешал.

Вот и сейчас, он вжимает меня в перину, скользя своими губами до зацелованной груди, к которой он явно неровно дышит, потому что уделяет ей очень много внимания. А я обнимаю его ногами и вплетаю пальцы в его волосы, поощряя все его действия.

Кто бы мог подумать, что за всей этой косматой внешностью и личиной грубияна скрывается такой чуткий любовник. Никогда бы не поверила, глядя на эту громадину волосатую, что он может так точно и чутко улавливать все мои вибрации, чувствовать все желания. И даже манера его болтать в процессе пошлости, тоже неплохо так вписалась в общую картину. Все наши разы, все были мои. И сейчас, я знаю, не исключение будет.

— Я тут вспомнил, язва моя сладкая, — отрывается от моей груди Женя, — что жопу твою не набил, за все твои косяки.

— Ты охренел, — фырчу, пытаясь оттолкнуть его, но куда там. Он только хищно ухмыляется.

— Ох, и нравится мне Маша, как ты шипишь сперва, а потом так стонешь сладко, — вибрирует низко его голос довольный.

Он перехватывает мои руки и, скрутив их за запястья, прижимает к подушке над головой.