Книга Никак иначе, страница 200 – Аня Леонтьева

Мы выходим из районного ЗАГСа, в летний день, наполненный солнечным светом, пением птиц, и сладким запахом лип. Я подхватываю зеленоглазую на руки, несу по ступеням вниз, и её длинное бирюзовое платье течет под моими рукам тонким шёлком. Она заливисто смеётся, прижимается ко мне. Андрей тут же фотографирует, ловя удачные кадры. А я не обращая внимания на него целую её.

Бесконечно.

Долго.

Горячо.

Никогда не думал, что этот день мне принесёт столько радости, столько счастья.

Задержался я не надвое суток, и не на трое. На неделю, блядь. Просто завис. Как один сплошной день. За это время, Ромка успел стесать коленки,

Андрей расстаться и вновь помириться с Василиной.

Батя покрыл всю крышу черепицей.

Зеленоглазая с матерью законсервировали херову тучу ягод.

А я всё зависал в растянутом во времени дне сурка, мать его. Правда, Саня «веселился» со мной, хотя у него тоже дома Лариса с маленькой дочкой ждали отца семейства.

Единственное, что сделал полезного, не считая пары закрытых сделок, и выдранного прямо с кровью тендера на строительство, это озадачил Аню, чтобы нашла ЗАГС, рядом с родителями, и всеми правдами и неправдами, записала нас на скорейшее бракосочетание.

Саня, услышав про мои планы, тут же кинулся поздравлять, и перемежал угрозы, чтобы не смел, обижать конфетку, чуть в зубы не схлопотал от меня, за свою «конфетку». До сих пор ревную, хотя сам позволял всё это.

Игрался, идиот.

Аня справилась на «ура», да и никто собственно не сомневался, плюс ко всему, подобрала моей зеленоглазой наряд, уточнив формат нашей свадьбы. Подарков опять наготовила ей.

Поэтому вернулся я подготовленный, и как раз в тот день, а вернее раним утром, нашего бракосочетания.

Тихо вошёл в дом. Все ещё спали. Свалил многочисленные пакеты на кресло. Прихватил только охапку ромашек, что купил у бабульки, что торговала у местного магазина, когда ехал домой.

Света лежала на боку, свернувшись калачиком на большой для неё кровати. В руках сжимала телефон, ждала моего звонка. Мы с ней каждый вечер созванивались. А в этот раз я не позвонил, хотел сюрприз сделать, и она видимо ждала до последнего, сама не набирала. Упрямая моя.

Одеяло откинула. Сорочка вся сбилась в ногах, открывая стройные ножки, и бёдра. На одной груди чуть съехала, оголяя мягкий розовый сосок, на мягкой плоти. Я сглотнул, тут же ощутив непреодолимое желание коснуться её.

С усилие перевёл дыхание, чувствуя, как тяжелеет в паху. Волосы разметались по подушке, и на личике застыло обиженное выражение лица.

Я склонился и втянул её аромат. Свежий, мягкий, с ноткой сладости. Убрал волосы с лица, и коснулся скул.

Кто бы мне ещё год назад, сказал, что я буду так торчать от бабы, я бы ржал и слал этого умника. А теперь всё что угодно готов сделать, чтобы видеть её улыбку, довольные зелёные глаза. Слышать ласковые слова в свой адрес.

Наркота моя. Заноза в моей башке. Я реально, дебилом был, когда думал, что меня может отпустить. Нет, не может. Только если выстрел в башку, или нож в сердце.

— Кирилл… — она толи почувствовала сквозь сон, моё присутствие, толи я был не очень осторожен, разбудив её.

Смотрит снизу на меня, глазами хлопает, со сна, и в них такой восторг при виде меня загорается, что это круче любого секса.

Да это и есть секс!