Книга Раскол, страница 20 – Аня Леонтьева

— Не уходи, папа, - лепечет сын.

Я спешу в нашу половину.

Кир сидит на кровати, полностью одетый, видимо пока я приводила себя в порядок, ему, наконец, принесли одежду. Он обнимает Ромку. Тот сонно привалился к его плечу, и крутит пальчиком бороду.

Андрей сидит, тоже сонный, и хмурый, смотрит на Кира.

— Я скоро вернусь, - говорит Кир, мягко и доброжелательно, - принесу ужин, и мороженое. М-м-м? Хочешь мороженое? - спрашивает у Ромки, подталкивая его плечом, и заглядывает тому в глаза.

— Хочу, - улыбается сын.

— Ну вот, - Кир ссаживает его с рук и встаёт, - вы пока умойтесь, оденьтесь, а я скоро вернусь!

Но Ромка опять супиться.

— Хочу с тобой, - тянет он.

Ну, всё сейчас слёзы пойдут. Для него всё это непонятно, и тем более ночь нормально не спал, а теперь днём как попало, и психика не выдерживает.

— Ром, ну чё за капризы, - упрекает его Кир, но, тем не менее, снова присаживается, - я быстро, туда и обратно. Посмотри на брата, он не плачет. Тем более нет на это причин, я скоро приду.

Андрей обнимает Ромку, и заваливает его на кровать, щекочет, отвлекает разговорами, и Кир выходит.

— Ты куда? - спрашиваю, переминаясь с ноги на ногу.

— У меня встреча, - коротко отвечает Кир.

— Кир… - нерешительно тяну я. – Может, ты денег возьмёшь, там на продукты…

— Это те, которые мы на лодку копили, - усмехается, - оставь себе.

— Где твой паспорт? - спрашивает он.

— На месте, в сумке, - растерянно тяну я.

— Давай сюда, и я вас закрою, - он протягивает руку и невзначай задевает меня по груди. Я вздрагиваю. По телу, словно вспышка прошла. Моя плоть настолько приручена им, что даже это мимолётное касание тут же запускает реакцию. Кир видимо, снова по-своему интерпретирует мою дрожь, хмурится и сжимает ладонь в кулак.

— Зачем тебе мой паспорт? – прихожу в себя после секундного замешательства. - Ты, что думаешь, я сбегу?

— Уверен, - коротко бросает он, и продолжает буравить взглядом.

— Я… нет… не сбегу…

— Веры тебе нет, так что давай без капризов, - рычит он, и достаёт из кармана телефон проверяет время, - и быстрее, у меня встреча!

— Я не дам, - складываю руки на груди.

Моё мимолётное возбуждение перерождается в раздражение, и оно намного монументальнее, подкреплено горькой обидой.

Кир покусывает нижнюю губу и рассматривает меня снова, так, словно видит впервые, или опять вспоминает, как так получилось, что я могу качать права, и занимать в его жизни столько места. Может, конечно, я это и надумала, но взгляд у него именно такой.

— Не дашь? - повторяет он, и даже скупая улыбка трогает его губы, но глаза остаются холодными. – Ты же знаешь, я могу взять и против воли.

— Что, бить будешь? Пытать?

— Бить тебя раньше надо было, чтобы такой хуйни не творила, - глухо роняет он, и разворачивается, идёт к двери.

— Учти, если посмеешь свалить, я сверну тебе шею, – говорит это и выходит.

В замке поворачивается ключ.

Запер.

10.

Снова дорога. Только теперь другая машина. Какая-то разбитая иномарка. Но зато большая и просторная. Мы с комфортом располагаемся, в салоне, Кир за рулём. Интересоваться где он взял машину, бесполезно, как и то, куда мы держим путь. Он разговаривает со мной только по необходимости, а так делает вид, что нет меня. А я всё больше погружаюсь в чувство вины, хоть и злюсь на него, но это скорее побочная реакция. Мне проще злиться на него, чем признать, что я была не права.