Книга Вторая жена. Опасный развод, страница 36 – Ася Исай

— Рустам, — говорит Амир тихо, и я открываю глаза. Он смотрит на меня серьезно. — Больше так не делай. Ладно?

Я смотрю на него и медленно киваю.

— Постараюсь. Свое я уже забрал. Теперь главное — удержать.

Он усмехается, качает головой.

— Ты невыносимый.

— Знаю.

Седьмой день.

Я сижу на широком подоконнике в гостевой комнате, поджав под себя ноги, и смотрю в окно. За стеклом — серое небо, тяжелое, низкое, словно вот-вот обрушится вниз. Деревья во дворе качаются от ветра, их голые ветки скребут по воздуху, издавая тихий, тревожный шорох.

Дом брата Рустама — это другой мир. Спокойный, размеренный, наполненный теплом, которого я так давно не ощущала. Здесь нет напряжения, которое последнее время висело в воздухе рядом с Тиграном. Нет этого постоянного ожидания взрыва, нет страха. Но и свободы тоже нет. Здесь всё чисто, аккуратно, уютно. Но я чувствую себя чужой. Гостьей, которая слишком долго задержалась.

Я не выхожу из дома. Только езжу в больницу к Рустаму, и то в тонированной машине, с охранником за рулем и еще тремя в соседней машине.

Отрывая меня от тяжелых мыслей, за дверью раздаются легкие шаги, потом тихий стук.

— Вика? — голос Леры мягкий, осторожный. — Можно войти?

Я поворачиваю голову, смотрю на дверь. Секунда. Две.

— Да, заходи.

— Дети бесятся в детской, а я принесла тебе чай, — говорит, заглядывая, и ставит поднос на столик рядом с кроватью. — Травяной, с мятой. Думала, тебе понравится.

— Спасибо, — шепчу я, слезая с подоконника и подходя к ней.

Лера садится на край кровати, похлопывает рядом с собой.

— Сядь. Поговорим.

Я сажусь, беру чашку в руки. Она горячая, почти обжигающая, и я прижимаю ее к груди, наслаждаясь этим теплом. Пар поднимается вверх, пахнет мятой, медом. Спокойствием.

Лера смотрит на меня долго, изучающе, потом вздыхает.

— Как ты себя чувствуешь?

Я пожимаю плечами.

— Не знаю.

— Понимаю, — она кивает. — Это нормально. Ты пережила многое.

Молчание повисает между нами, но оно не тяжелое. Лера не давит на меня, не требует ответов. Она просто сидит рядом, и это... приятно. Я давно не чувствовала такой простой человеческой близости.

— Рустам сегодня выписывается, — говорит тихо. — Врачи сказали, что он уже может быть дома. Правда, ему нужен покой, восстановление. Но он настоял, что хочет вернуться. Мальчики такие мальчики.

Сердце сжимается. Рустам. Я навещала его каждый день, сидела рядом с его кроватью, смотрела, как он спит, как морщится от боли, когда поворачивается. Он спас меня. Вытащил из того ада, в который я сама себя загнала. И я до сих пор не знаю, как его благодарить.

— Это хорошо, — отвечаю. — Я рада.

Лера улыбается, кладет руку мне на плечо.

— Он очень заботится о тебе. Ты для него важна, Вика.

— Я не знаю… Не понимаю почему. Но я очень благодарна.

Я отворачиваюсь, чувствуя, как к горлу подступает ком. Не могу говорить. Не могу даже думать об этом.

Лера тихо встает, целует меня в макушку и оставляет в одиночестве.

Вечером я слышу, как машины въезжают во двор.

— Осторожно, Рустам, не торопись, а то сейчас обратно в реанимацию отвезу, — басит Амир.

— Я в порядке, — отвечает Рустам, и голос его хриплый, усталый, но твердый.

Слышу, как он поднимается по лестнице, медленно, с остановками. Потом шаги затихают. Рустам в соседней комнате. Лера, наверное, помогает ему устроиться.