Книга После развода. Колкие грани счастья, страница 46 – Лана Полякова

В свои четырнадцать лет мой сын был немного выше меня. Да и вес мы с ним имели примерно одинаковый. Поэтому мы с Максом взяли напрокат одну доску на двоих. Главное, чтобы сын получил удовольствие. А я… я могу прокатиться несколько раз, когда он устанет, например. Не проблема! Просто и прокат тоже кусается для меня теперь своими ценами.

Макс красиво съехал с горы, эффектно подняв снег, остановился напротив меня. Он улыбался счастливо, и яркое солнце зайчиками играло в его очках. Покрасовался передо мной и побежал снова на подъёмник.

А меня вновь кольнуло сожаление.

Раньше мы с Максимом зимой ездили на настоящий снег. В Альпы и в Турцию, и на склоны Хибин. Но наше сердце навсегда отдано склонам Кавказа. Мы могли сорваться в Сочи на трассу, буквально на два дня из столицы. Просто покататься вволю в выходные. А теперь мне не хватает денег на новую доску сыну по размеру.

И мало того, я понимаю, что не заработаю таких денег. В ближайшее время – это однозначно. Аванс Андрея Александровича не бесконечен, а трат у меня впереди – ох, как много…

Ладно! Прочь, хандра! Мы смогли с Максом прожить эти полгода и проживём и дальше! Не стоит страдать понапрасну в такой чудесный день! Да и деньги – дело наживное.

Когда я, ловя ветер, понеслась на доске с горы, то счастье полёта в сияющем на солнце снегу выдуло из меня печаль. Нет на склоне места хандре! Солнце сияло, снег сверкал, поскрипывая, небо синело бесконечностью, и, невольно, поддавшись какому-то бесшабашному веселью, я резко развернулась ближе к финишу, прокрутилась и проехала задом. Когда я повернулась нормально, то почти врезалась в тоже финишировавшего мужчину.

Мы с ним синхронно, доска к доске прошли, тормозя, в миллиметре друг от друга последний участок трассы, и это было восхитительно! А когда остановились, то я весело засмеялась и сдёрнула очки.

И застыла, моргая.

Андрей Александрович стоял передо мной, улыбаясь, и солнце играло в его синих глазах.

— Вы? Здесь? – удивлённо спросила, щурясь на солнце.

— Видно, это судьба сталкивает нас, — подмигнул мне он, крутанув за резинку свои очки.

— Или Сергей отчитывается, — ответила, улыбаясь.

— Сергей – само собой, но быть вместе — это наша судьба, — парировал Андрей.

Александрович!

Он сверкнул улыбкой, стянул шлем и, взлохматив свои волосы, предложил:

— Зайдём в кафе?

Я залюбовалась Андреем. Тёмные волосы чуть вьются, и у висков от шлема образовались крошечные колечки. Их невыносимо хотелось потрогать руками, проверить, разгладить. А синие глаза отражают небо. От улыбки морщинки разбежались от его глаз к вискам, и их тоже невыносимо хотелось разгладить. Это совершенно незаконно – быть настолько очаровательным! Я абсолютно не в силах противостоять такому обаянию и напору!

— Вау! Здорово, что вы здесь с нами! – подскочил Макс, разбивая мою неловкость и разряжая напряжение, что собралось между нами.

И как-то естественным образом мы оказались все вместе за столиком с горячим какао в руках, и Макс азартно и весело рассказывал, как мы с ним учились стоять на доске и как впервые попали на склон.

Андрей внимательно и заинтересованно слушал и чуть заметно улыбался. А я чувствовала такое острое счастье в груди, что боялась взлететь, если вздохну немного глубже.

Телефонный звонок раздался неожиданно и резко. Моё сердце, предчувствуя беду, ухнуло с небес ледяным комком прямо в живот. Больно!