Книга Дорогая первая жена, страница 87 – Даша Черничная

Наверное, это глупо и по-детски, несерьезно. И возможно, стоило вернуться домой, забрать хоть что-то из одежды, но я не могу переступить порог дома Идара.

При мысли о нем душа рвется в клочья.

В дороге я реву, размазывая по лицу слезы. Идар звонит, но я не беру трубку.

Я еду день, ночь и половину следующего дня.

Усталость такая сильная, что я ощущаю внутри себя спасительную пустоту.

Вдали от столицы, в республике, все совсем по-другому. Тут нет снега, а зима будто застряла где-то в пути.

На могиле у родителей я сижу долго. Молчу, мне сказать нечего.

Просить прощения за то, что вышла замуж за сына людей, убивших их?

Плакать, признавая, что я оказалась на краю и решения проблемы, кроме как разорвать все связи, у меня нет?

Признаться в том, что разочаровала их?

Или же попросить разрешения остаться с Идаром, игнорировать все факты причастности его семьи, лишь бы урвать хоть толику счастья, о котором я так мечтала?

Слишком много всего, но у меня не вырывается ни слова.

Я сижу на лавочке один час, второй. Вряд ли я отдаю себе отчет в том, сколько действительно прошло времени.

Я потеряла счет времени, потеряла себя и не понимаю, что мне делать дальше со всем этим знанием.

Малодушно бьется мысль: жаль, что я узнала правду. Жила бы себе спокойно, любила, была любима.

И неважно, что свекровь меня не выносит. Переживу, главное, Идар рядом.

А вот как мне теперь жить? Без него, человека, ставшего моей семьей и опорой?

Я ухожу с кладбища в еще более подавленном состоянии, чем пришла сюда. Никакого облегчения не наступило. Никто не ответил на мои вопросы и не указал путь.

Садясь в машину, я завожу ее, запуская двигатель, и слепо смотрю в лобовое стекло.

И зачем проделала такой путь? Ради чего? Не сделала лучше никому, только позорно бежала подальше от действительности.

Трогаю машину с места, но вывожу ее не в город, а на окраину, в поселок, где когда-то жили мои родители.

Там стоит мой дом.

Дом, который когда-то был моим.

Я проезжаю нашу улицу дважды, не с первого раза распознавая родительский дом, который теперь выглядит совсем иначе. Забор другой, все поросло новыми деревьями.

Дом больше не дышит теплом и узнаваемостью. Теперь это чужое место, которое забыло меня, отдав всего себя другим людям.

Я решаю, что довольно бесцельных катаний, тем более погода стала портиться, начал накрапывать дождь, да и смеркается. Ну а мне пора возвращаться назад.

Но для начала надо поспать, поэтому я выезжаю в город.

Далеко не сразу понимаю, что поехала по той дороге, на которой погибли родители. Навигатор завел меня сюда, будто потешаясь, добивая меня.

Перед поворотом, где разбились родители, я сбрасываю скорость, но что-то идет не так, и я заезжаю в лужу, которая на деле оказывается провалом.

Успеваю выжать тормоз, но машину уносит к обочине. К самому обрыву. А дальше… удар и темнота.

Надия

Мне снилась мама.

Она пела мне песню. Одну из старых колыбельных на незнакомом языке.

Только вот я почему-то была вовсе не маленькой Надюшей, а взрослой потерявшейся Надией.

Мама меня баюкала, а я знала, что в безопасности рядом с ней.

И мне было так хорошо. Так тепло и уютно в ее руках, ласково глядящих меня по лицу, волосам.

Она шептала мне что-то, с нежностью заглядывая в глаза, и я верила ее словам и тому, что она меня любит так же сильно, как любила, когда я была совсем крошкой, еще даже не умеющей ходить.