Онлайн книга «Жара в Архангельске»
|
— Ма-асковский! Внезапно у Салтыкова завибрировал телефон. Пришла эсэмэска. — Ну, Павля! Вспомнишь солнышко... — Чё, Олива пишет? — Да! «Вы где? Я сейчас к вам приду». Пипец, только этого щас и не хватало! Чё отвечать будем? — Ну скажи ей, что ты спать лёг. — Окэ, ща напишу… Во, отправил! Ну, пипец — время три часа ночи... — Однако и правда спать пора, — зевнул Павля. — Ща докурим и пойдём. Олива, получив ответ Салтыкова, растерянно остановилась на полдороге. Ей вдруг стало не по себе. Она вспомнила Даниила, его поцелуи, его глаза, и ей стало стыдно. Тоже, поскакушка какая, сорвалась посреди ночи, побежала… Приехала к одному, побежала к другому… «А если б он так же от меня к Никки побежал?» — молнией промелькнуло у неё в голове. Нет, Даниил на такое не способен, подумала Олива. Каким бы эгоистом и стервецом он ни старался выглядеть, однако не может он сделать подлость, так же как украсть, убить… «Да и смею ли я, такая мерзкая внутри, думать о нём плохо? — подумала она, — Я, которая, встречаясь с одним, побежала среди ночи к другому?! Милый мой, любимый, прости… Я тебя люблю, тебя, тебя одного...» Глава 41 Мими Целикова, та самая, которую Салтыков некогда безуспешно пытался зазвать к себе на квартиру во время рождественской встречи форума, общалась с Оливой по интернету. Год назад, после того, как Олива, выдворенная с форума Ккенгом и Ириской, разом потеряла с Архангельском все связи, она нашла Живой Журнал Мими. И, хотя на форуме Мими и Олива не пересекались, да и та (Олива хорошо помнила) не участвовала в эпицентре событий того скандала — это была хоть какая-то ниточка, которая, как Олива втайне надеялась, ещё могла вернуть ей доступ к любимому городу. Как и Салтыков, Олива довольно легко сходилась с новыми людьми, только вот расставаться ей с ними, в отличие от него, было тяжело. Наверно, оттого, что расставаться приходилось много, ведь Оливе, с её московской репутацией лохушки, очень трудно было заводить друзей. И к тем людям, которые, в силу хорошего воспитания, не слали её куда подальше при первой возможности, а были с ней приветливы, Олива привязывалась намертво, наивно веря, что они теперь останутся в её жизни, выворачивала им наизнанку всю душу, и всякий раз горько недоумевала, когда после такого, казалось бы, тёплого общения, люди неожиданно отдалялись от неё. Но с Мими, как ни странно, было иначе. Втайне боясь, что та её пошлёт или проигнорит, Олива оставила ей в ЖЖ комментарий; и Мими, к вящему удивлению Оливы, с радостью откликнулась. Так девушки начали общаться сначала в ЖЖ, а потом и в аське. От Мими же Олива вкратце и узнала все архангельские новости — и про переезд Ккенга в Москву, и про его блог, и про похождения Салтыкова на турбазе, и его скандал на клубной вечеринке. Вот правда что Мими, хоть и была круглой отличницей, даром красочного описания, как Олива, не отличалась: рассказывала она обо всём сухо, сжато, как по протоколу. Такими же сухими и малоинтересными были и её посты в ЖЖ, обильно, впрочем, сдобренные красивым бело-розовым дизайном с рюшечками и редчайшим в те поры изящным вордовским шрифтом Monotype Corsiva, который она, в силу своего немаленького интеллекта, додумалась вручную вставить в ЖЖ, в то время, как Олива, захотевшая себе такой же, ископала для этого все мыслимые и немыслимые настройки, но так и не разобралась, что к чему. |