Книга 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера, страница 109 – Виктория Рогозина

Она шла медленно, не ощущая ни тяжести сумки в руке, ни усталости в ногах, ни даже собственного дыхания, и только одна мысль, тяжёлая, как приговор, пульсировала в голове, отзываясь в груди тупой, ноющей болью, не давая ни вдохнуть полной грудью, ни остановиться, ни повернуть назад.

Подъезд встретил её гулкой пустотой, шаги эхом отдавались от стен, усиливая ощущение одиночества, и каждый пролёт лестницы казался длиннее предыдущего, словно расстояние до двери её квартиры растягивалось, давая ей лишние секунды на то, чтобы не доходить, не видеть, не сталкиваться лицом к лицу с правдой, которая уже не оставляла пространства для сомнений.

Остановившись у двери, она замерла, не решаясь даже поднять руку, будто за этим тонким слоем дерева скрывалось нечто, способное окончательно разрушить её, лишить последних иллюзий, стереть всё то, что ещё держало её на поверхности, не давая окончательно утонуть в этой ледяной, обжигающей реальности.

Секунды тянулись мучительно долго, сердце билось неровно, сбиваясь с ритма, дыхание застревало где-то в горле, и в тот момент, когда она уже почти заставила себя коснуться ручки, замок щёлкнул сам, и дверь распахнулась прежде, чем она успела сделать выбор.

На пороге стоял Демид. Его взгляд был напряжённым, внимательным, в нём уже читалось беспокойство, которое он не успел скрыть, и голос, когда он заговорил, прозвучал чуть быстрее, чем обычно, выдавая это состояние:

— Ты где была, я уже начал переживать…

Он сделал шаг к ней, собираясь сказать что-то ещё, но слова оборвались, застряли, растворились, когда он увидел её лицо — заплаканное, бледное, лишённое привычного тепла, и в это мгновение что-то в нём изменилось, словно невидимая граница была пересечена.

Он не стал больше спрашивать, не дал ей возможности отстраниться. Просто притянул к себе, резко, почти отчаянно, захлопывая дверь за её спиной, укрывая от всего мира, прижимая к груди, и его ладонь легла ей на затылок, мягко, бережно, почти осторожно, как будто он боялся, что она может рассыпаться от малейшего давления.

— Тише… — его голос стал ниже, мягче, в нём появилась тревожная нежность. — Что случилось?.. Кто обидел?

Он гладил её по волосам, медленно, ритмично, пытаясь успокоить, вернуть, удержать, не понимая ещё, что именно произошло, но уже чувствуя, что это что-то гораздо серьёзнее, чем обычная усталость или переживания. Авария не ответила. Она стояла в его объятиях, но не прижималась в ответ, не искала в них спасения, и это было новым, пугающим, непривычным. Медленно, будто каждое движение давалось ей через усилие, она отстранилась. Достала смартфон. Пальцы дрожали, едва заметно, но этого было достаточно, чтобы выдать внутреннее напряжение, которое она с трудом удерживала. Экран вспыхнул холодным светом. Несколько касаний и девушка, не глядя на него, протянула руку, показывая. На экране была статья: «Демид Гордеев: что нужно знать о человеке будущего».

Он увидел и замер. Не на секунду — на целую вечность, в которой не было ни движения, ни дыхания, ни попытки что-то сказать, только застывшее, каменное выражение лица, за которым, в глубине глаз, на долю мгновения мелькнула боль, резкая, почти физическая, прежде чем он успел её спрятать.

Тишина стала плотной, давящей, невыносимой. Он медленно, шумно выдохнул, словно это требовало усилия, словно воздух стал слишком тяжёлым, чтобы его можно было просто вдохнуть и выдохнуть, и прикрыл глаза, будто пытаясь выиграть хотя бы несколько секунд, чтобы собраться, подобрать слова, найти ту единственную фразу, которая могла бы всё исправить. Но таких слов не существовало.