Книга Не кошерно, страница 5 – Лебрута алей Ла

Руки не дрожат. Странно.

Должны дрожать.

Но они — спокойны.

Может, потому что терять уже нечего.

Карьера — всё.

Репутация — всё.

Контракты — всё.

Но я сижу в кожаном кресле на высоте десять тысяч метров — и мне хорошо.

Впервые за долго — хорошо.

Выключаю телефон.

Убираю в сумку.

Закрываю глаза.

Флешбэк.

Вторник. Полдень. Ресторан на Патриарших.

Обед с Женей — моей единственной подругой, которая не растворилась в чёрной дыре под названием «счастливое замужество».

Все остальные — исчезли. Буквально. Надели кольцо — и всё. Пропали с радаров. Теперь их жизнь — это муж, дети, и посты в инстаграме о том, какой муж замечательный, какие дети гениальные, какая жизнь прекрасная.

Я смотрю на эти посты в три часа ночи. Лайкаю. Завидую. Ненавижу себя за зависть.

Женя — другая. Женя развелась три года назад, после того как застала мужа с его секретаршей. Классика жанра. Пошлость, достойная бразильского сериала.

С тех пор Женя живёт на полную катушку. Ходит на свидания через приложения. Спит с кем хочет. Пьёт сколько хочет. Говорит что думает.

Я ей завидую.

И боюсь стать такой же.

— Рита, ты когда последний раз была с мужчиной?

Она спрашивает это, не отрываясь от меню. Как будто интересуется прогнозом погоды.

— Женя, мы в ресторане.

— И что? Здесь все взрослые. Так когда?

— Это личное.

— Рита.

— Женя.

— Когда?

Вздыхаю.

— Два года назад.

Она роняет меню.

— ДВА ГОДА?!

Весь ресторан оборачивается. Официант застывает с подносом. Пожилая пара за соседним столиком смотрит с ужасом — или с сочувствием, не разберу.

— Спасибо, теперь вся Москва знает.

— Рита, два года — это катастрофа! Это гуманитарный кризис! Это нарушение прав человека!

— Драматизируешь.

— Я не драматизирую! Два года без секса — это как два года без воды! Технически выжить можно, но зачем?!

— Не было подходящих.

— Подходящих не бывает! — Женя машет официанту. — Вина! Много вина! Срочно! У моей подруги экстренная ситуация!

Официант — молодой парень с испуганными глазами — убегает за бутылкой.

— Женя, мне не нужно вино.

— Вино не для тебя. Вино для меня. Мне нужно это переварить.

— Что переварить?

— Информацию о том, что моя лучшая подруга — живой труп.

— Спасибо за поддержку.

— Это не поддержка. Это интервенция.

Официант приносит бутылку. Женя наливает себе полный бокал. Выпивает залпом. Наливает ещё.

— Рита. Дорогая. Любимая. Послушай меня внимательно.

— Слушаю.

— Тебе тридцать восемь лет.

— Я в курсе.

— Тридцать восемь — это прекрасный возраст. Ты умная, красивая, успешная. У тебя свой бизнес. Квартира. Машина.

— Машина в кредит.

— Неважно! Ты — замечательная! Но ты тратишь свою замечательность на что? На работу и кошку!

— Гуччи — хорошая кошка.

— Гуччи не сделает тебе оргазм!

Официант, который проходил мимо, роняет поднос. Звон бьющейся посуды.

— Женя, умоляю.

— Что — умоляю?! Это правда! Тебе нужен мужчина! Живой, тёплый, с функционирующими органами!

— Я не могу просто так. С кем попало.

— А с кем ты можешь?!

— С тем, к кому что-то чувствую.

— Рита, — Женя наклоняется ко мне через стол, — открою тебе секрет. Чувства — переоценены. Страсть — переоценена. Искра — переоценена. Знаешь, что не переоценено?

— Что?

— Оргазм. Живой, здоровый, регулярный оргазм. От него кожа лучше, нервы крепче, и маме можно врать с чистой совестью.