Книга Измена. Забудь обо мне, страница 87 – Хелен Кир

Два часа. Два часа и все.

Экспериментальное лекарство подействовало. Повезло с группой крови, с тем, что отторжения не было. По сути, по всем параметрам подошло идеально. Тут по этому поводу целый консилиум собирался. Дают хороший прогноз. Это не значит, что могу мешки ворочать. Ограничения есть и будут, перевешивает основной факт — коляска не грозит. Ни теперь, ни в будущем.

Не дожидаясь результатов, собираю вещи. Просто знаю, что отпустят. Другого пути развития событий не предполагаю.

— Вам сюда, — доносится из коридора.

— Спасибо!

Не может быть. Из рук выпадает толстовка. У меня уже слуховые галюны начались. Нормально, да? Голос Алёнкин слышу. Ох, как же я скучаю. Удавиться можно от тоски.

Любить ее подобно выходу в космос. Я там ни разу не был, но почему-то ярко представляю, что испытывают люди, которые впервые увидели, как там. При любом контакте дыхание перехватывает от красоты, паришь как будто в эйфорическую бездну райских ощущений проваливаешься.

Она моя теперь. Алёнка — моя. Безоговорочно и навсегда. Чтобы дальше ни было, на шаг не отпущу. Всегда со мной будет, постоянно. Если поверила после всего, я мир переверну. Все назад верну, приумножу в разы. Лишь бы девочки со мной всегда были. Лишь бы Алёнка продолжала так смотреть на меня дальше.

— Ярик.

Нежно звенит колокольчик. Аж глаза прикрываю от удовольствия. Списываю галлюцинации на побочку.

— Яр.

То есть …

Подрывает на кровати. Все на пол валится. Резко поворачиваю голову и это шиздец! Она здесь. Моя малышка приехала. От шока замираю, не могу понять реальность или кажется.

Какая она красивая.

Прислонилась к двери, ладошки под щекой. Улыбается, а в глазах тревога не исчезает. Сердце колотится, сейчас вылетит. Дышу, как марафонец на длинные дистанции. Она. Она!

— Ты как здесь?

Стоим на расстоянии друг от друга, не в силах сделать и шага навстречу. Впервые разговариваю глазами с женщиной. Алёна и на такое способна. В голове пульсирует: моя-моя-моя. Алёнка волнуется, вижу, как выхватывает состояние, оценивает, что можно сделать что нельзя.

Раскрываю руки. Если не дотронусь, точно никуда не уеду, разобьет какая-нибудь паралитическая хрень.

— Иди ко мне.

Срывается с места. Влетает в объятия, прижимается к груди носом. Я в макушку втыкаюсь. Дышим. Не можем насытится. Первая реакция такая.

— Не могла больше ждать, — шепчет, привычно обхватывая спину. — Говорил десять дней, а сам на месяц еще пропал.

— Так надо было, родная, — перебираю кудрявые пряди.

— Что-то не так? — тревожно отрывается.

— Все хорошо. Теперь все хорошо, Алён. Я здоров, как бык.

— Да уж, — ворчит. — Как прошлый раз?

Смеюсь. Нежусь и нежу. Изнутри сдавленные звуки вырываются, сдерживать не могу. Накрывает. Я так долго ждал. Так долго. И сейчас не могу поверить, что приехала. Настолько переполняет, что нас двусторонне разрывает сейчас.

С голодной реальностью сталкиваемся. Она беспощадная. Безжалостная. Руки блуждают по телу. И ее, и мои. Трогаем друг друга. Пиздец как трогаем. А-а-а, твою ж …

— Алён, — спускаюсь ниже, ищу губы.

Хочу ощутить вкус, мне так не хватало его. Впиваюсь в рот с алчной жадностью, с ходу продавливаю наглостью, но сопротивления не встречаю. Врываюсь языком и нас отрывает. Стонем обоюдно. Еще немного и врачи станут свидетелями нашего эротического беспредела.