Книга Бывшие. Расскажи мне о сыне, страница 19 – Галина Колоскова

Не даю ей договорить. Медленно поворачиваюсь от окна. Не смотрю на неё. Подхожу к столу и беру лежащую на нём папку. Она тонкая, почти невесомая, но для меня тянет на тонну. Папка весит восемь лет потерянной жизни.

— Садись, Вероника, — говорю глухим, отчуждённым голосом.

Она замирает, улыбка медленно сползает с довольного лица. Она чувствует ледяную волну, что исходит от меня. Вероника медленно опускается в кресло, вопросительно глядя на меня.

Я не сажусь. Остаюсь стоять перед ней, сжимая в руках папку. Внимательно разглядываю эмоции, меняющиеся на хитром лице когда-то лучшей подруги Алёны. И вижу не подругу, не коллегу, не человека, который все эти годы был рядом. Я вижу тюремщика, архитектора моего несчастья.

— Я посетил сегодня нашу подшефную школу, — начинаю ровным, монотонным голосом. Не чувствую ничего, кроме ледяной пустоты внутри. Это затишье перед бурей. Я знаю. — Разговаривал с охранником. Старым, который помнит всех. Он рассказал мне много интересного.

Вероника напрягается. Тонкие пальцы нервно сжимают ручку дорогой сумочки.

— О чём ты, Олег? Какая разница, что тебе рассказал какой-то охранник?

— Разница есть, — моя неподвижность начинает злить её, я вижу это. — Он узнал Алёну по фотографии. Помнит, как она восемь лет назад приезжала в ту самую школу. Пыталась устроиться на работу уборщицей. Её не взяли. Сказали, что вакансия уже занята. Он запомнил её лицо, потому, что красавица была очень напугана и горько плакала. Пришлось успокаивать. Но это не главное. Он узнал и тебя. Красивую, уверенную в себе. Ты несколько раз приходила к директору школы. Большому любителю женщин. Алёне отказали после твоего второго визита, хотя до этого обнадёжили.

Я делаю паузу, давая ей время проглотить информацию. Холёное лицо начинает медленно бледнеть.

— Я ничего не понимаю, Олег. Какая женщина? Что за бред?

— Этой женщиной, — я произношу очень чётко, — была ты. Он видел нас в школе вместе на подписании договора и узнал тебя.

Я открываю папку. Достою первую фотографию. Старую, распечатанную на простой бумаге. Снимок, что перевернул тогда мою жизнь. Я бросаю её на стол перед ней.

«И вот это. Это тоже ты».

Она смотрит на фото, потом на меня. Глаза липучки расширены, в них мелькает настоящий, животный страх.

— Ты сошёл с ума? Это же та самая измена! Это парень Алёны!

— Нет, — качаю головой я. — Это не её парень. Это её двоюродный брат. Он приезжал в город на два дня. Просил Алёну помочь с покупкой мебели. Его зовут Алексей. Он живёт в Нижнем Новгороде. С тремя детьми и женой Машей. Мне нашли его за два телефонных звонка. Он всё подтвердил.

Я бросаю на стол распечатку его показаний, его фотографии с семьёй. Вероника даже не смотрит на них. Она глядит в одну точку и быстро прерывисто дышит.

— И последнее, — мой голос начинает дрожать. Я не могу совладать с яростью. Чёрная, слепая, она поднимается из глубины души, из места где все эти годы копилась боль. — Твой визит к Алёне на прошлой неделе. Надеешься, после твоих угроз и попыток купить её молчание, она не рассказала ничего мне? Ты пришла к ней в дом и всё подтвердила. Наглым приходом, деньгами, ненавистью! Ты подтвердила, что была в курсе всего! Зачем?!

Я кричу последнее слово. Больше не могу себя сдерживать. С размаху бью кулаком по столу. Папка подпрыгивает. Вероника вздрагивает всем телом, съёживается в кресле.