Книга Наши запреты, страница 78 – Лина Мур

— Ты совсем придурок? — возмущаясь, смотрю на Доминика.

— Да.

— Вы привыкните, мисс. Он ёбнутый, но милый. Ну и он псих, хотя думаю, вам уже это известно. Так что достал?

— Поделись с остальными. Будешь хорошим мальчиком, куколка сделает тебе ещё. Правда, куколка? — Доминик передаёт все пироги Лонни.

— У меня есть имя, засранец. Не обезличивай меня. Лейк, Лонни, моё имя Лейк, — раздражённо цокаю я.

— А-а-а, теперь всё понятно. Она надрала тебе задницу, — улыбается Лонни, и это жутко. Ему нельзя улыбаться. Вот просто нельзя, он же распугает других людей. Боже, это точно не Лонни. Лонни в моём понимании это щуплый идиот, а Лонни это гора яростных мышц. Хотя меня умиляет их общение.

— Она не надрала мне зад, мудак. Спи и мечтай об этом.

Лонни кусает один из кусочков пирога, и за три укуса съедает его.

— Мисс, вы замужем? — интересуется он, облизывая губы.

— Нет, — смеюсь я.

— Выходите за меня замуж, а?

— Я подумаю, — смеюсь ещё громче.

— Видишь, старикашка, как нужно общаться с женщинами. Две минуты, и всё, дамочка у меня в кармане. Учись, пока я ещё жив. Парни, мамочка нам пожрать принесла! — Лонни скрывается среди деревьев, и потом я слышу улюлюканье.

Озадаченно поворачиваюсь к Доминику. Что это было?

— Даже не смей думать об этом, — Доминик указывает на меня пальцем, и я ухмыляюсь.

— Прямо сейчас думаю. Лонни такой милый. И такой… боже, эти мышцы. Должен быть закон, который запрещает выглядеть, как он. Это просто адски горячо. Я так и представляю, как он с лёгкостью трахает меня у стены, — подхватываю прядь своих волос и накручиваю её на палец, мечтательно глядя мимо Доминика.

— Забудь, — он злобно дёргает меня за прядь волос, и я вскрикиваю. — К тому же Лонни гей. Боюсь, ты его не удовлетворишь.

— Ему понравились мои пироги! А я не только их печь умею! Лонни просто не пробовал меня. Как только он попробует, то снова начнёт любить вагины. К тому же я не против анального секса, это весело, — пожимаю плечами, наблюдая сначала за яростью в глазах Доминика, но потом он прищуривается и наклоняется ко мне.

— Ты снова это делаешь. Я раскусил тебя. Ты якоришь меня.

— Это тебе за то, что ты тоже это сделал со мной. И это не конец, Доминик.

— Тебе пиздец, куколка.

— Жду не дождусь. Ты отшлёпаешь меня? Ты свяжешь меня? Ты изнасилуешь меня? А можно я буду красной шапочной? Ой, нет, знаю. Я буду невинной горничной, а ты зверем. Какой сценарий хочешь, Доминик? — играю бровями, сдерживая хохот.

— Всё. И я получу всё. Займусь сегодня покупками. И да, Лейк, вечером мы ужинаем.

— Кто сказал?

— Я.

— Ну, тогда хрен тебе, — усмехнувшись, сажусь в машину.

Доминик наклоняется и нависает надо мной.

— Нет, куколка, хрен тебе. Ты на нём будешь смотреться замечательно. А как тебе идея: ужин, шикарный ужин, свечи, романтическая обстановка…

— Фу, — кривлюсь я.

— В ресторан залетают бандиты. Они угрожают всех убить, если они не снимут с себя всю одежду и не отдадут им, как и украшения, деньги, все вещи. И вот люди стоят голыми, пока бандиты обыскивают их. Один из них, лицо которого скрыто чёрной маской, подходит к тебе и насильно забирает в подсобку. Ты плачешь, умоляешь его не трогать тебя, обещаешь отдать ему ещё больше денег, но ему насрать. Он хочет попробовать тебя. Он раздвигает твои ноги и начинает смачно, громко вылизывать, добиваясь твоих стонов, и затем забирает тебя в свою берлогу, чтобы трахать каждую минуту.