Книга Наши запреты, страница 80 – Лина Мур

— Конечно, куколка. Тебе нужно просто сидеть в палате Энзо. Там есть личная ванная комната. Он ещё мало бодрствует, зачастую спит из-за лекарств или смотрит мультики. Энзо очень смышлёный и умный парень. Он любит разговаривать на взрослые темы, и с ним нельзя общаться, как с ребёнком, это его злит.

— Твоя злобная копия, — смеётся Лейк.

— Именно.

— А твой старший сын не такой?

— Роко… нет. Он более глубокий. Больше молчит, но у него моё чувство юмора. Он боец. У него свой бойцовский клуб. Роко хорош в бою, раньше я часто приходил на его бои или бои его парней, чтобы поставить деньги или просто провести время. Мы вместе с ним ужинаем, разговариваем, он мой заместитель. Роко готовился к этой роли, если меня убьют. Он серьёзный и ёбнутый. Ещё он бисексуал.

— И это тебе не нравится? Почему?

— Нет, я не против его ориентации. Сейчас он встречается или, точнее, мучит парня. Его зовут Дрон. Они вместе уже достаточно времени, чтобы устать друг от друга. Но мой идиот-сын решил на нём жениться, поэтому сейчас я должен найти ему хорошую женщину для брака.

— Это жестоко, — шепчет Лейк. — Роко любит Дрона, разве не так? Почему ты не позволяешь ему быть счастливым, Доминик?

— Я хочу, чтобы он был счастлив. Но также я хочу, чтобы он был в безопасности. В моём мире другие законы, Лейк. Мы пытаемся сохранить семейные традиции, и никто из значимых фигур не заключает однополый брак. Все против этого. Если Роко женится на Дроне, то это покажет моим врагам, что я слаб, и меня можно убить. Они соединят свои силы, и вся моя семья будет мертва, так как я не смог удержать в узде даже своего сына, о чём тогда можно говорить. Среди нас есть геи, и я не против. Они все женаты на женщинах, но живут с мужчинами.

— Это лицемерие, — выплёвывает Лейк. — Чистой воды лицемерие.

— Я знаю, но не могу пойти против опасных психопатов, Лейк. Я не позволю Роко подвергнуть нас всех смертельной опасности. Они убьют не только меня и моих детей, но и всех, кто работает на меня, а это очень много людей. На кон поставлено слишком много. Да и уже поговаривают, что мой сын позорит меня своим выбором. Поэтому я должен женить его на женщине.

— Это ужасно, Доминик. У меня нет слов. Просто нет слов, — печально отвечает она. — А что насчёт дочери? Как она?

— Пока не очнулась.

— И? Ты так много рассказал о Роко и Энзо, но о ней ничего. Почему ты мстишь ей за поступки её матери, Доминик? Так же нельзя. Ты выше этого.

— Ошибаешься, — горько смеюсь я. — Не могу себя пересилить. Не могу. Я смотрю на неё, и всё внутри бунтует. Умом понимаю, что Раэлия ни в чём не виновата и сама хлебнула достаточно дерьма из-за матери, но… не могу. Я пытался. Правда, пытался, а потом появилась Ида, и я… выбрал то, что проще. То, что лучше. То, что мне нравится.

— Но разве не Ида тебе врала?

— Именно так.

— И ты не видел этого?

— Не хотел. Думаю, что всё дело в матерях Иды и Раэлии. Мать Иды и Энзо была моей любовницей. Она была милой девушкой, присматривала за моими детьми, любила их и была очень послушной. Она была для меня идеальной. Никаких истерик. Никаких драм. Ничего. Я хотел жениться на ней после того, как моя жена умерла. Я даже нашёл её и трахнул, предложил вернуться, но она выгнала меня.

— Но ты не любил её. Выходит, что ты имитировал свою влюблённость к ней, верно?