Книга Наши запреты, страница 210 – Лина Мур

Прижимаю телефон к уху, кусая губу и глядя в ночное время. Уже похолодало, скоро Рождество и Новый год. Обычно к этим праздникам я что-то готовлю, но вот уже давно ничего не пекла. Я не пекла с того момента, как вернулась. Я просто забыла, как это делается.

— Да, я слушаю, — раздаётся в трубке грубый мужской голос.

— Лонни, привет, это я, — тихо говорю.

— Лейк? — тембр его голоса меняется и становится мягче. — Как ты? Я могу тебе чем-то помочь?

— Нет… да, я не знаю. Господи, Лонни, я не знаю. Я просто не знаю, — признаюсь ему.

— Ты всегда можешь вернуться, леди босс.

— Я не могу. Я… как там совет? Джеймс ответил за всё? Рубен же убит?

— Рубен убит. Я лично вытаскивал его тело. Он был чертовски мёртвым, ты можешь не переживать. Джеймса убили. Совету особо и не нужно было столько доказательств. Они верят боссу. Деклан похоронил своего отца…

— Мне так жаль.

— Да, это было печально. Но его кандидатуру рассматривают в качестве босса ирландской семьи. Босс делает всё, чтобы так и было. Это его благодарность за то, что он разрезал верёвки на руках Раэлии перед тем, как вас повели к нему. Так что сейчас мы ожидаем результатов голосования.

— Это хорошо или плохо?

— Для нас хорошо, Деклан в ужасе, — смеётся Лонни.

— Ладно, а как Энзо? Он уже поправился? А Ида? Она же… она ослабила мои верёвки, Лонни. Ида помогла нам. Она пыталась изменить всё.

— Я знаю. Ты же это сказала на камеру. Я знаю. Она отдала опеку над Энзо Доминику, но пока в городе. Доминик решил пока не трогать её. Энзо в порядке. После Нового года пойдёт в новую школу. Он в восторге и постоянно спрашивает о тебе.

— Понятно. Я тоже скучаю по нему.

— Лейк, возвращайся. Боссу хреново. Он ни с кем не спал ещё. Зачастую он просто работает, проводит время дома, и всё. Никуда не ходит. Он угасает здесь без тебя, Лейк. Он очень скучает.

— Лонни, не надо…

— Надо. Почему ты не можешь вернуться? Ты же должна быть здесь. Твоё место с нами, Лейк. Насрать на всё. Мы и не с такими проблемами сталкивались. Всё херня.

— Ты не понимаешь. Я была ослеплена местью, Лонни. Я бросила их… сбежала и бросила их одних там, только бы не упустить Рубена, и проиграла. Посмотри, что я наделала, — всхлипываю и быстро стираю слёзы.

— И это то, о чём ты переживаешь? Господи, Лейк, мы столько ошибок делаем постоянно, ты и понятия не имеешь. Вспомни, сколько ошибок сделал Доминик. Но он ещё надеется. Он надеется, Лейк, после всего, что с ним случилось. Он надеется. Не забирай у него надежду. Он не винит тебя. Просто не понимает, что сделал не так. Ему казалось, что этот случай, наоборот, вас свяжет. А всё, оказалось, иначе. Доминик страдает. И это плохо, Лейк. Ему очень плохо, он слабеет. Если на него нападут, Доминик не будет защищаться. Он теряет надежду. И когда потеряет совсем, позволит себя убить. Пока он борется, потому что у него есть причины. Если ты вернёшься, то у него будут ещё более веские причины выжить. А так… их нет. Он…

Бросаю трубку, не в силах слушать это. Меня, наконец-то, разрывают рыдания. Закрываю лицо руками и плачу. Я снова совершаю ошибки, которые причиняют боль. Что бы я ни сделала, совершаю ошибку за ошибкой. Когда это прекратится?

Глава 27

Доминик

Жить дальше. Ты просто привыкаешь это делать. Привыкаешь к тому, что ты всегда будешь наблюдать, а не участвовать. Привыкаешь ко всему. Это наша человеческая особенность. Ты привыкаешь к одиночеству и тишине. Привыкаешь к тому, что ты не создан ни для чего хорошего. Вот и всё. Ты просто привыкаешь.