Книга Наши запреты, страница 120 – Лина Мур

Лейк смеётся и взъерошивает волосы Энзо, пока везёт его к лифту в инвалидной коляске. И всё больно. То, как улыбается Энзо. То, как Лейк общается с ним. То, как они быстро нашли общий язык. То, как она трогает его, а не меня. То, как мне хочется не быть третьим лишним.

— Лейк сказала, что ты хочешь со мной серьёзно поговорить, — произносит Энзо.

Бросаю взгляд на Лейк, поправляющую одеяло на сыне. Она вручает ему стакан с водой и трубочкой.

— Это из-за того, что меня бросила Ида? — хмурится Энзо. — Она же не умерла?

— Ида в порядке, Энзо. И Ида тебя не бросала, помнишь, мы уже это обсуждали? Просто обстоятельства изменились и…

— Да-да, — Энзо закатывает глаза и фыркает, — и взрослые обожают придумывать себе проблемы на пустом месте. Мигель тоже так говорил. Теперь я знаю, что он ещё может выжить, и у меня хорошее настроение. Я не хочу, чтобы Мигель умер. Ещё я собираюсь увидеть Раэлию. Она мне нравится. И она обещала покатать меня на крутом мотоцикле. Раэлия крутая. Я слышал, что она тоже здесь, и она заболела. Ну вот… я теперь не знаю, на ком женюсь. Я хочу жениться и на Лейк, и на Раэлии. Они мне обе нравятся. Ты бы на ком женился, Доминик?

— Что? — моргаю несколько раз, сбитый с толку болтовнёй Энзо.

— Я спрашиваю, ты бы кого выбрал: крутую девочку с мотоциклом или красивую девочку, обожающую шоколад? Я люблю то и другое.

— Хм… Раэлия моя дочь, и она…

— Да-да, ведёт себя плохо, очень плохо и она опасна для меня. Знаю, так Ида сказала мне.

Что? Блять. Мигель был прав. Да все были правы. По хрен.

— Раэлия не ведёт себя плохо, и она не опасна для тебя, — резко реагирую я. — Мигель бы никогда не влюбился в плохую девочку, разве я не прав?

— Да, ты прав. Мигель умный, поэтому он выбирает с умом. И он тоже говорил мне, что она не опасна для меня. Я вам обоим верю, и мне нравится Раэлия. А ты как выбираешь девочек? Что девочка должна любить, Доминик?

— Меня? — хмурюсь, пожав плечами.

— Ты же не шоколад, чтобы тебя любить, Доминик, — смеётся Энзо. — Ты мальчик, а мальчики не могут требовать от девочек любить их, как шоколад и мотоциклы. Девочки должны любить что-то такое, что ты тоже любишь. Вот поэтому ты один, Доминик. Тебе нужна девочка, которая будет любить… хм, что ты любишь?

Хочу уйти. Я хочу немедленно уйти. Мне нужно уйти.

— Да, Доминик, что же ты любишь? — Лейк сдерживает хохот от всей этой ситуации.

— Себя?

— Это очень плохой ответ, — качает головой Энзо.

— Плохой ответ, — кивает Лейк, хрюкнув от смеха.

— Поэтому ты и один, у тебя нет любимой вещи, чтобы девочка могла тебе подарить её или же показать, что она тоже её любит. Тогда в космосе ваши планеты столкнутся, и произойдёт взрыв, это любовь. Бум, вот так, — Энзо взмахивает руками и улыбается. — У тебя никогда не было взрывов? А как ты тогда стал отцом? Дети рождаются только в любви, так мама говорила.

Блять. Блять. Блять.

— Энзо, дети порой просто рождаются. Не всегда этому предшествует любовь. Но любовь всё же появляется. Родитель начинает любить своего ребёнка, если умеет это делать. Доминику, увы, не повезло, он не умеет любить. Но есть его дети. Это те, кто должны показать ему, что такое любовь, и тогда у него произойдёт взрыв, большой взрыв. Как думаешь, ты бы мог показать Доминику, что такое любовь, ведь Раэлия сейчас болеет, а Роко уже такой взрослый.