Книга Наши запреты, страница 119 – Лина Мур

— Но если бы…

— Это не важно, — Лейк взмахивает рукой, перебивая меня. — Это не важно. Это больше не имеет смысла. Все предложения, начинающиеся со слов «если бы», никогда не помогут. Никогда. Это заведомый проигрыш. Это осуждение и наказание. Поэтому удали их из своего словаря. Ты хоть понимаешь, что это слова-паразиты, которые и уничтожают тебя. Если бы ты не был с Грегом, то твоя мама была бы жива. Если бы ты не дружил с Грегом, то был бы другим, и от тебя бы никто не залетел. Если бы ты не привёл Иду, то все были бы счастливы и ушли в розовый закат. Если бы… это такое дерьмо, Доминик. Просто уничтожающее любого человека дерьмо. Эти слова нужно запретить на законодательном уровне для всех. Всё уже сделано, другого не будет. Как бы ты ни пытался это красиво подать для себя в голове или, наоборот, ещё более жестоко, чем уже есть, факты не изменятся. Ты только усугубишь своё видение этих фактов, а лучше смотреть на них с холодным расчётом.

Глубоко вздыхаю и отворачиваюсь. Она права, и это бесит. Я всё это знаю. Я понимаю всё, но не могу иначе. Не хочу. Это привычка, так проще. Быть виноватым проще, чем быть тем, кто живёт дальше.

— И ты послал меня на хрен в своей голове, — усмехается Лейк.

— Я не делал этого, — недовольно поджимаю губы.

Как она угадала?

— Доминик, ты для меня уже очевиден. Мне просто очень хочется, чтобы ты начал жить. Ты заслуживаешь всего, что есть в этом мире. И если ты прекратишь винить себя, избавишься от этого истязания самого себя, у тебя останется больше сил. Но дело твоё, я лишь говорю, — пожав плечами, Лейк улыбается мне и с нежностью смотрит на Энзо. — Он начинает ходить, ему уже лучше. Потрясающий мальчишка. Он твоя самая умная копия. Хотя завтра он будет самым весёлым, а послезавтра самым ранимым. Жаль, что ты всё это пропустишь.

Лейк делает шаг в сторону палаты, чтобы забрать Энзо, но я хватаю её за руку.

— Почему ты это сказала? Почему я не увижу? — напряжённо спрашиваю её.

— А потому что ты наказываешь себя. Тебе он якобы не нужен, это же ответственность. Это же очередной ребёнок, который заберёт у тебя время на себя. А тебе так не хватает времени, чтобы страдать. Поэтому ты всё и пропустишь. Ты не дашь себе шанса, — говорит она всё это с милой улыбкой и весёлым тоном. Вот же сука. Умная сука. — И знаешь, лучше ничего не говори ему о том, кто ты такой. Ты разобьёшь ему сердце, как сделал это со своим. Вы оба этого не заслужили.

Подмигнув мне, что бесит меня ещё сильнее, и я не знаю, чего хочу больше: наорать на неё, отлупить, посадить в клетку или прижать её к себе. Ну, пиздец.

Наблюдаю за тем, как Лейк подходит к Энзо и что-то шепчет ему на ухо. Он улыбается и кивает, закрыв книгу. Энзо целует свою ладонь и касается гипса на руке Мигеля, прежде чем Лейк увозит его.

— Доминик, привет, — улыбается мне Энзо.

— Привет, как ты сегодня?

— Я хочу домой. Я уже здоров. Хочу смотреть мультики дома. Когда ты меня заберёшь? Здесь скучно, — тянет он.

— Через несколько дней, думаю. Я поговорю с врачом.

Блять, куда я его заберу? Стоп. Он спросил, когда я его заберу, а не Ида? Я?

— Поговори с ним быстрее. И убеди Лейк поехать с нами, она вкусно готовит. Я обожаю шоколад, она обожает шоколад, мы идеальная пара. Мигель будет мне завидовать.